— Обнаружены следы байков на заднем дворе. Полиция и пожарные сочтут это взрывом газа."
"Скрежещу зубами и чувствую, как Рокси хмурится, глядя на нас.
— Старый дом? — спрашивает она, но я слишком взбешен, чтобы ответить, слишком занят мысленными подсчетами, чтобы даже говорить. Чтобы не взорваться и не обрушить свой адский гнев на весь этот город, который осмелился нам противостоять.
— Дом нашего отца. Мы жили там после его смерти некоторое время, пока строили этот дом, — говорит ей Кензо, но даже его голос напряжен.
Ударом по этому дому, по нашему дому, они пытаются спровоцировать нас на ответную реакцию. Если мы не ответим, нас сочтут слабаками, как будто мы их боимся, а это не так. Их семья могла управлять этим городом, но теперь они всего лишь реликтовые создания.
Любой реликт можно предать забвению.
— Что мы будем делать? — спрашивает Кензо.
Все забыли о еде.
— Мы возьмем их, конечно же, и убьем их всех, — рычит Дизель, вонзая нож в стол, его лицо искажено гневом.
— Нет, не сейчас.
Мы покажем им, что можем легко добраться до них. Мы докажем свою силу, заставим их бояться нас, как и всех остальных. А потом мы их уничтожим, — говорю я, спокойно ставя чашку с чаем и поправляя костюм.
— Возьму ракетную установку, — добавляет Дизель.
— Нет, они владеют рестораном, не так ли? Их родители управляли им много лет и жили над ним, дай мне адрес. И еще, дай мне адрес всех трех братьев. Сегодня воскресенье, так что они будут дома, у них семейный праздник.
Начинаю ухмыляться, а Кензо зеркалит мою ухмылку.
— Мне нужно сделать пару звонков. Мне нравится, куда ты клонишь, старший брат.
Взяв свой телефон, я встаю.
— Хочу, чтобы полиция была у всех трех дверей, арестуйте их по любому обвинению, покажите им, дайте им понять, что это от нас, и закройте этот ресторан, отберите его, он теперь принадлежит нам.
— Что ты собираешься делать? — с любопытством спросила Рокси, не выглядя при этом ни капли расстроенной.
— Собираюсь перешерстить документы всех членов их семей и сотрудников.
Все, кто находится здесь нелегально, будут немедленно депортированы. Мы собираемся уничтожить их. Это война.
Затем она встала.
— Позволь мне помочь.
Остальные бросаются к своим телефонам, но я не тороплюсь звонить, смотрю на нее.
— Ты хочешь помочь?
Роксана кивает, лукавая ухмылка играет на ее губах.
— Думаешь, ты единственный, кто может? У меня есть идея. Ты мне доверяешь?
Я пристально смотрю на нее, и Роксана подходит ближе.
