— Теперь ты заговорил. Ей нужно больше этих сексуальных лифчиков, и, конечно, еще несколько пар этих ботинок, они чертовски сексуальные. О, мы должны купить ей какое-нибудь оружие. — Я тоскливо вздыхаю.
Райдер смотрит на меня.
— А когда Роксана использует его на нас?
Пожимаю плечами.
— Вероятно, только на Дизеле, и ему бы это понравилось, и, ну, может быть, на Гарретте, но он просто возродился бы, как дьявол во плоти, которым он и является.
— Конечно, сэр, прошу вас следовать за мной. Я попрошу моего коллегу Франческо сопроводить вас, сэр, к витрине с драгоценностями.
— Нет, мы можем пойти вместе, мы никуда не спешим, — отвечаю я и машу ему рукой. Продавец наклоняет голову и ведет нас на второй этаж, где находятся драгоценности.
— Какое дерьмо нравится женщинам? — бормочу я.
— Что-нибудь дорогое, — огрызается Райдер.
— Как хрен. Ты думаешь, Рокс волнует, сколько мы тратим? Она, вероятно, просто бросила бы это нам в лицо, скрестила бы эти маленькие ручки, надела бы милое личико и сказала бы: «Мне не нужны твои взятки, придурок», — издеваюсь я, а у Райдера челюсть отвисает от моего девчачьего голоска.
— Это было точно странно и немного пугающе. Хорошо, что мы ей подарим? — Он вскидывает руки в воздух.
— Ты, продавец, что нам подарить женщине, которой наплевать на деньги или богатство и которая похожа на рокера?
Он на мгновение задумывается над этим.
— Ах, у меня есть кое-что, что может сработать.
— Есть что-нибудь в змеиной тематике? — спрашивает Райдер.
Мужчина даже не моргнул на эту странную просьбу.
— Прямо сюда.
Он ведет нас в небольшую гостиную, а затем исчезает. Откинувшись на спинку стула, я оглядываю все сверкающие драгоценности вокруг нас.
— Черт, я помню, как приходил в такие места с папой, чтобы он мог похвастаться своей новой женой-трофеем. — Райдер ворчит, но я продолжаю: — Я всегда ненавидел это, и женщин, ведь все, что их заботило, — это деньги. И все же мы оказывались в одной постели с такими типажами женщин… ну, кроме как сейчас с Роксаной.
Она и вправду другая. Думаешь, это потому, что она действительно не знает, сколько у нас денег?
— Я не думаю, что это имело бы значение. Она была воспитана ни на чем, выросла из ничего, и она работала ради всего, что у нее есть. Я верю, что Рокс нравится зарабатывать себе на жизнь. Ее бы здесь не запугали, но она также настояла бы на том, чтобы заплатить самой.
Я лишь киваю. Райдер прав, он всегда прав. Он хорошо разбирается в людях.
