— Я могу жить с этим, — его голова опустилась, и он поцеловал меня в макушку. — Что еще?
— Ты верный.
Он замычал в знак согласия.
— Также закрытый. Ты держишься особняком. И даже если люди думают, что ты холоден и недружелюбен, просто у тебя стоический подход к большинству вещей. Ты следишь за всем, чтобы предвидеть каждую мелочь, которая встретится на твоем пути, что, честно говоря, действительно впечатляет, но и очень раздражает, — я взглянула на него через плечо и обнаружила, что он как-то странно смотрит на меня.
— Что?
— Ничего, — он покачал головой, избавляясь от того, что заставляло его выглядеть таким ошеломленным. Я наблюдал, как он успокаивается. — Ты кое-что забываешь.
Мои брови поползли вверх.
— И что же?
— Я кусаюсь, — сказал он, прежде чем коснуться зубами моего плеча. Затем он прикусил чувствительную кожу там, где мое плечо соприкасалось с шеей.
Хихикая, как сумасшедшая, я позволила своему телу зарыться в его объятия. Но как раз в тот момент, когда я это делала, кто-то краем глаза привлек мое внимание.
Я не был уверена, но мне показалось, что это кто-то с работы. Один из парней из команды Джеральда, если этого взгляда на светлые волосы и стройные плечи было достаточно, чтобы отличить его.
Дурное предчувствие глубоко засело у меня в животе, убивая мой приступ беззаботного хихиканья.
Аарон, казалось, не заметил перемены во мне, а если и заметил, то ничего не сказал.
— Пойдем домой. Мне нужно поддерживать безупречную репутацию.
***
Верный своему слову, Аарон обвил меня своим телом на том гигантском и мечтательном диване, который стоял посреди его лофта. Вероятно, это была смесь усталости, смены часовых поясов и тепла, исходящего от его тела, но, как бы я ни пыталась бороться с этим, я потеряла сознание меньше чем через две минуты после возвращения в его квартиру.
Посмотрев вниз, я мельком увидела большую и здоровенную руку, скользнувшую по моему животу. Мы лежали на боку, и, судя по тишине вокруг нас, телевизор больше не был включен.
Аарон, вероятно, выключил его, как только я задремала.
Длинные пальцы скользнули по моей груди спереди, достигнув нижней части груди. Двигаясь под ощущением, проходящим по моему телу, я глубже зарылась в него.
В моей шее раздалось ворчание.
— На улице темно.
Мой взгляд переместился на массивные окна, выходящие на набережную, как будто мне нужно было подтверждение того, что наступила ночь.
