Природа, прекрасные пляжи. Побережье действительно потрясающее, — она сделала паузу, и я достала одно печенье из пакета. — Кстати, на сколько дней вы, ребята, останетесь? Я слышал, что вы будете здесь только на свадьбе. Это такой позор! Вам следует взять отпуск и просто…
Звонок в дверь прервал Чаро.
— О, я открою, — быстро объявила моя кузина и выскользнула из кухни.
Мои глаза сузились.
Пока я была занята тем, что гадала, ждем ли мы кого-нибудь, меня застало врасплох, когда рука, с которой я начала очень хорошо знакомиться с такой скоростью, обвилась вокруг моей талии и потянула меня назад.
Моя задница приземлилась на что-то твердое и горячее, сразу же образовав пространство.
Колени Аарона.
Его дыхание ласкало раковину моего уха.
— Ты не сказала «доброе утро».
Моя спина выпрямилась, когда я вспомнила свой неудачный момент побега.
— Я чуть не уронила печенье из-за тебя, мистер Робот.
Это было так странно, так странно называть его так, как я делала много раз в прошлом. Как будто это принадлежало совсем другой жизни.
С двумя разными людьми.
Аарон усмехнулся, и это защекотало мне шею.
— Я бы не посмел. Я знаю, что это не так.
Его рука крепче обхватила меня, и мне пришлось сдержаться, чтобы не обхватить ее руками.
— Что ты делаешь? — громко прошептала я.
Чаро могла вернуться в любую секунду.
— Я чувствовал себя одиноким, — признался он, понизив голос и заставляя меня думать обо всем, чего он не говорил.
Глупая. Мне нужно перестать быть глупой.
— И если я собираюсь высидеть этот односторонний допрос, то самое меньшее, что ты можешь сделать, это составить мне компанию.
Плюс, ты должна мне разговор.
— Я была прямо здесь, — мой голос прозвучал сдавленно. — И Чаро сейчас здесь нет.
Он замурлыкал, и этот звук донесся прямо до моей нижней части живота."
"— Но она все равно вернется. Ты же знаешь, я люблю быть особенно подготовленным.
Я знала это. Я осознала, что знала его чертовски хорошо.
И вот так, с этой мыслью, витающей в моей голове, голова Чаро появилась в моем поле зрения.
Ее глаза расширились, а затем ее лицо расплылось в смехотворно широкой улыбке.
Господи.
Она хлопнула в ладоши.
— О, посмотрите на только на себя! Ay Dios m'io (Господи). Вы восхитительны.
Грудь Аарона заурчала от смеха, и я почувствовала это спиной.
— Видишь? — прошептал он мне на ухо.
Нет, честно говоря, я ни хрена не видела. Было трудно сосредоточиться на чем-либо, будучи укутанной на коленях Аарона.
