Взглянув на Аарона, который был прямо рядом со мной, я обнаружила, что он осматривает кровать, скрестив руки на груди. Точно так же, как моя мать сделала несколько минут назад, я оглядела его с головы до ног.
Да. Это не сработает.
— Хорошо, — сказала я, признавая, что он никогда, никогда не поместится там. — Я поменяюсь с тобой комнатами. Возьми другую, она больше. Я возьму эту.
— Все в порядке, Каталина. Я буду спать здесь.
— Нет, ты не будешь спать здесь. Ты не поместишься в этой крошечной кровати, — указала я на очевидное.
— Даже не по диагонали, я думаю.
— Все в порядке. Иди распаковывай свои вещи. Я справлюсь.
— Ты не сделаешь этого. Ты ни за что не сможешь здесь спать, — настаивала я, игнорируя неприязненный взгляд, который Аарон бросил на меня через плечо.
— Я так и сделаю.
Упрямый, твердолобый человек, подумала я.
— Ты здесь единственная твердолобая, — сказал он.
Я прищурила глаза, глядя на телепата.
— Ну, если ты хочешь быть моим чайником, я с радостью буду твоей кастрюлей, — я указала на кровать.
— Докажи это. Покажи мне, что ты туда вписываешься, и я оставлю тебя в покое.
Аарон вздохнул, распрямил руки и поднес ладонь к лицу.
— Не могла бы ты просто… — он остановился, качая головой. — Знаешь что? На этот раз я собираюсь пошутить над тобой. Просто чтобы не тратить впустую наши жизни, споря об этом, пока мы не окажемся в одинаковых инвалидных колясках.
Он ошибался, одинаковые инвалидные коляски никогда не входили в мои планы, когда дело касалось Аарона Блэкфорда.
В два шага мой фальшивый и очень высокий парень оказался прямо перед скромной кроватью.
Он не поместится. Я была в этом уверена. Поэтому я откинулась назад и стала ждать, пока он докажет, насколько я была прав.
Как только Аарон забрался на крошечный предмет мебели, матрас слишком сильно подпрыгнул под его весом. С громким скрипом он поправил свое тело, лежа на спине. Пару раз менял позу, так как матрас скрипел под его весом. Ничего.
Он. Не. Помещался.
Глядя на мужчину, который был явно больше, чем кровать, стоявшего передо мной, свесив ноги с рамы и уставившись в потолок, я не могла не позволить ухмылке, с которой боролась, наконец вырваться на свободу.
Дело было не в том, что я все это время была права. Нет. Довольная и зубастая улыбка, которая расколола мое лицо, имела прямое отношение к сварливому Аарону, который лежал по диагонали на крошечной двуспальной кровати с хмурым взглядом, который простирался на многие мили.
