Он увидел причину и понял, насколько нелепым был наш план.
Мой план, с которым он согласился.
Или все было наоборот? В этот момент я больше ни в чем не была уверена.
Не то чтобы это имело значение, если он не придет.
Потому что это было единственным разумным объяснением того, почему я оказалась посреди терминала вылета, под огромной таблом, на которой отображался статус и время всех вылетающих рейсов, холодный пот стекал по моей спине, а рядом никого не было. По крайней мере, не тот угрюмый голубоглазый мужчина, который должен был быть здесь прямо сейчас.
Мой взгляд блуждал по сторонам, и я позволила себе осознать.
Я сама по себе.
Волна чистой паники прокатилась по моему позвоночнику. И еще кое-что.
Что-то, что на вкус было очень похоже на предательство. Что на самом деле не имело смысла. Когда дело касалось Аарона, я не имела права чувствовать себя преданной. Или брошенной. Я также не хотела, чтобы эти эмоции сеяли хаос в моей голове. Или моей груди. Не тогда, когда я была более чем в состоянии понять, почему он струсил.
В любом случае, все это было безумием. Полная чушь. Так зачем же ему выполнять безумный план, который я придумала?
Мои глаза остановились на чемодане, и дорожная сумка упала к моим ногам, когда я очень старалась оттолкнуть то, что чувствовала.
Ты в порядке, сказала я себе. Игнорируй это глупое, сокрушительное ощущение и иди регистрируй свой багаж.
Последнее, что я хотела бы сделать, это сесть в самолет в одиночку, но я бы сделала это. Я бы встретилась лицом к лицу со своей семьей — и с Даниелем, и с его невестой, и с прошлым, которое я оставила позади, — и с последствиями моей лжи с высоко поднятой головой.
И я бы сделала это сама, несмотря на то что позволила себе за последние сорок восемь часов поверить, что буду делать это с кем-то рядом.
Dios (Боже). Как я позволила этому случиться? Как Аарон Блэкфорд сделал себя незаменимым в моей жизни?
Уперев руки в бедра, я осталась на месте, как и обещала себе, в последнюю минуту. И на всякий случай я снова поклялась себе, что со мной все будет в порядке.
Я чувствую нарастающее давление? Это нервы. Возвращение домой всегда наполняло меня в равной степени радостью и раскаянием. С такой же ностальгией, как и боль, которая пришла вместе с воспоминаниями. Вот почему я не так часто возвращалась туда.
Но это не имело значения. Я была большой девочкой. До Аарона план всегда состоял в том, чтобы сделать это самостоятельно, так что именно этим я и буду заниматься.
