Лэн скользнул рукой под нее и поиграл с зажимами, что заставило ее грудь гореть. Ощущения стрельнули прямо к киске. Она думала, что была влажной раньше, но теперь почувствовала, что достигла пика возбуждения, став мокрой и горячей. Она почувствовала руки Купера, поглаживающие ее по спине.
— Давай, любимая. Хочу увидеть, как ты кончаешь, — сказал он. — Нравится чувствовать что-то твердое и теплое в твоей киске и попке?
Она кивнула. Дэйн нашел ритм: его пальцы трахали, затем медленно скользили по клитору, только чтобы начать весь процесс заново.
Раздался громкий шлепок, и Алия вскрикнула.
— Я задал тебе вопрос, Лия, — сказал Купер, погладив место, где только что ударил.
Казалось, он обрел своего внутреннего Дома.
— Да, Хозяин, — ответила она.
— Да, что?
Он не собирался позволить ей уйти ни с чем. Пальцы Дэйна задвигались быстрее, заставляя пульсировать кровь и перехватывать дыхание. Но, если она не даст Куперу то, что он хочет, Дэйн может остановиться.
— Да, мне нравятся его пальцы в киске и заднице.
— Это моя саба, — сказал Купер.
Лэн повернул правый зажим, и Алия ахнула. Дэйн нашел заветное местечко, и вдруг она взмыла, как ракета, оргазм взорвался глубоко внутри.
Когда она спустилась с небес на землю, Дэйн убрал руку.
— Это было прекрасно, Лия. Пойду помою руки, пока Лэн и Куп уложат тебя на кровати. Не хочу больше ждать ни секунды, чтобы оказаться внутри тебя.
Она обмякла в руках Лэна, и он сдвинул её таким образом, чтобы просунуть руку под ее ногами. Он взял ее на руки и встал, словно она ничего не весила.
Алия обожала, когда они носили ее на руках. Это заставляло ее чувствовать себя изящной, женственной и такой любимой.
Лэн посмотрел на нее сверху вниз, улыбка приподняла уголки его губ. Его голубые глаза сияли.
— Я люблю тебя, Лия.
Ее Лэндон. Такой милый под опасной внешностью. Он был ее молчаливым защитником, тем, кто всегда был рядом, готовый справиться со всем, что встретится ей на пути.
— Я тоже тебя люблю. Так сильно.
Он понес ее к большой кровати в глубине комнаты.
Купер был уже там, лежа на спине, и раскинув руки. Мускулистое тело, распростертое для ее удовольствия. Ее Купер. Он был тем, кто заставлял ее смеяться, тем, кто сохранял мир между ними, когда ее упрямая натура брала верх.
— Иди сюда, детка. Я хочу, чтобы ты объездила мой член.
Лэн усадил ее, помогая взобраться на Купера. Ее тело снова оживало.
— Сначала нужно снять зажимы, — сказал Дэйн, присоединившись к ним на кровати. – Нельзя оставлять их надолго.
Ее Дэйн.
