Тем не менее, она снова опустила голову, возвращаясь в позу покорности.
— Думаю, мы все согласны с тем, что в реальном мире мы позволим Алии так высказываться, — Дэйн задержал свой взгляд на самом прекрасном зрелище в мире. — Но здесь, мы — Доминанты. Мы ее принцы, а она наша принцесса.
Она держала голову опущенной, но невозможно было не заметить ее улыбки.
— Вы, трое, теперь навсегда мои принцы. И я готова исполнить любой Ваш приказ.
Но лишь одна вещь сдерживала его.
— Алия, а как же ребенок?
Ему не хотелось ждать девять месяцев, чтобы заявить свои права на его сабу, но он был готов на это.
Дэйн готов ждать вечность, потому что для него больше не существовало других женщин. Он женился в первый раз, потому что тогда, казалось, самое время жениться. Сейчас все было совершенно по-другому. И оно стоило ожидания. В прошлый раз он ошибся, потому что сейчас существует лишь один союз, который стоит считать таковым, и именно ради него он боролся, истекал кровью и жил. Их Алия. Их семья.
— Я поговорила с врачом.
Он понимает все, что связано с браком в Безакистане, — объяснила Алия, — У Пайпер срок больше, и ей еще не запретили. Так что у нас есть разрешение. Давайте не будем тратить время. Любите меня. Я хочу, чтобы вы все занялись со мной любовью. Я хочу, чтобы мои мужчины стали Доминантами, которыми они и являются на самом деле."
"Член Дэйна дернулся, умоляя откликнуться на предложение. Алия была умной женщиной. Она знала себя, и чертовски хорошо знала, чего хотела. Он унизил ее, думая, что она не знает.
Она была его, и она была готова.
— Руки и колени, Алия. Думаешь, за то, что ты отказалась выходить за нас, тебя не настигнет наказание?
Она пошевелилась, но он успел заметить ее улыбку.
— Я должна была подумать об этом, Сэр.
— Хозяин, — поправил он. Боже, он обожал, как звучит это слово. Он никогда не был ничьим Хозяином. Только лишь Сэр. Хозяин — имело более глубокий смысл; преданным, связанным обязательствами. До конца своих дней.
— Ты выйдешь за меня замуж. Я твой Хозяин.
У меня больше никогда не будет другой сабы. Ты единственная, ради тебя одной я буду существовать, как Верх. Так дай мне то, что мне причитается.
Она переместилась по полу, наклонившись вперед и опираясь на руки и колени, ее волосы ниспадали вокруг нее.
— Да, мой Хозяин, — выдохнула она, задыхаясь от эмоций. — И я заслуживаю урока дисциплины за тот день. Дело не в том, что я не люблю вас всех. Я вас очень сильно люблю. Я страдала все то время, что мы боролись.
