Долгая, томительная… А потом глава труппы доказал давно известную мне истину – дурак он, полный! Просто Шеш опять вздохнул и выпалил:
– Пять тыщ.
Я поперхнулась, Дантос тоже закашлялся.
– Сколько-сколько? – переспросил блондин.
Но вместо того, чтобы повторить эту поистине грабительскую сумму, глава труппы уставился в пол и забормотал:
– Ваша светлость, понимаете, она… она же как член семьи. Родная нам. Всем родная! Когда она пропала, мы… да мы плакали. Астрочка же такая… такая…
Шеш запнулся, нервно отёр мокрым рукавом не менее мокрый лоб, и…
– Вы даже представить не можете, какое это сокровище.
Она же такая ласковая, такая послушная. И ест немного, и все-все команды с удовольствием выполняет. Не дракон, настоящее золото.
Глупость, конечно, но… так вдруг приятно стало, так радостно. Я же в самом деле именно такая, просто обстоятельства временами мешают.
И тем обиднее было услышать ироничное:
– Да неужели?
Глава труппы опять запнулся и залился густым румянцем, а я…
Жмот. Нет, ну какой же он всё-таки жмот! А с виду такой благородный, такой приличный!
А Дантос как будто поиздеваться решил.
Как будто мстил. Причём непонятно за что.
– Пять тысяч за полудохлую ящерицу – это слишком, – отчеканил блондин. – Сто золотых, и ни монетой больше.
Одна часть меня мнение герцога Кернского разделяла. Во-первых, пять тысяч действительно дорого, за такую сумму особняк в центре столицы купить можно, причём с прислугой. Во-вторых, Дантосу нельзя соглашаться сразу, иначе Шеш, чего доброго, ещё больше цену взвинтит.
Или заподозрит чего-нибудь, а нам подозрительные не нужны, любопытные и шантажисты тем более.
Зато другая искренне возмущалась. Каких-то пять тысяч! За маленькую красивую меня?! И… и ему жалко?!
– Четыре пятьсот! – выпалил циркач.
Блондин шумно вздохнул и откинулся на спинку кресла.
– Нет, не понимаешь ты меня, – процедил герцог. – Не понимаешь…
И снова пауза, и снова кабинет заполнился тишиной. В этот раз она не просто нервной, пугающей была!
Я по-прежнему прижималась к ноге Дантоса, поэтому Шеша видела плохо.
Но, кажется, глава труппы, в которой я отпахала семь лет, смутился и побледнел. А светлость слегка озверела…
– Послушайте, уважаемый… – процедил блондин. Причём слово «уважаемый» как оскорбление звучало. – Я ведь могу решить вопрос иначе. Я могу вызвать стражу и заявить, что вы украли дракона у драхов. Учитывая отношения с этим племенем, проблемы будут колоссальные. Вас сгноят в тюрьме, и это как минимум.
