Сперва хотела заскулить и припасть на брюхо, но передумала. Да кто он такой, чтобы перед ним пресмыкаться? И ради чего, главное? Ради ещё одной миски гречки в ожидании разъярённого Шеша? Ну уж нет! Не дождётесь!"
"Взгляд как-то сам собой приклеился к ровному, аристократичному носу. Зубы тоже сами по себе клацнули. Знаешь, светлость, сегодня Леди Судьба очень добра. Она подарила тебе поистине незабываемую встре…
А вот прыгнуть я не успела. Меня отвлёк возмущённый возглас толстухи Роззи:
– Ваша светлость, но как же так?
– В смысле? – Мерзкий блондинчик нахмурился и отвернулся, чтобы взглянуть на кухарку.
В общем, не только сбили, но и нос с траектории прыжка убрали.
– Ваша светлость, как можно отдать животное людям, которые его… не кормят. – На последних словах кухарка замялась и опустила глаза. Ну да, тон, которым был начат разговор, моменту не соответствовал.
Дантос, как ни странно, тоже растерялся. Ответил далеко не сразу.
– Роззи, я всё понимаю, но дракон принадлежит циркачам. Мы не можем его оставить.
Это воровство.
– Но ребёнок голодает!
– Это не единственный голодный ребёнок в империи, – встрял дедок в форме мажордома. Кстати, очень даже упитанный дедок! – Всех не накормишь.
Роззи реплику мажордома проигнорировала. Упрямо поджала губы и уставилась на светлость. А тот шумно вздохнул, но решения не изменил:
– Дракона нужно вернуть.
– Но ведь вам не обязательно делать это сегодня? – продолжала упорствовать кухарка. – Пусть он, оно… эм… она, хоть пару дней у нас поживёт. В конце концов, циркачи сами её упустили.
Взгляд светлости вновь вернулся ко мне, а я… едва успела спрятать кровожадный оскал. Потом отлепилась от стеллажа и сделала шаг навстречу блондину. Он по-прежнему сидел на корточках, так что мои честные, совершенно невинные глаза рассмотрел преотлично.
– Ик! – Да что за…
– Ладно, – вздохнул Дантос. – Пусть этот голодный ребёнок останется до завтра. Но! Если кого-нибудь укусишь, сразу за ворота вылетишь. Поняла? Астра…
Последняя реплика адресовалась, разумеется, только мне, и я снова едва удержалась от кивка.
Мысленно улыбнулась – если за Шешем и компанией пошлют только завтра, то у меня целый день, чтобы составить план побега, и целая ночь, чтобы его осуществить!
А ещё меня покормят…
– Ик!
Пью! Водичку. Из миски. А миска красивая, из белого тонкостенного фарфора, с золотой каёмочкой по краю.
– Ну вот. А то обыкалась, бедненькая. – Голос Роззи подобен музыке, и даже звучащее в нём умиление совсем-совсем не бесит.
