Его губы находят мою шею, оставляя горячие, голодные поцелуи вдоль сухожилий там. Мои колени подгибаются, когда рука Джека скользит вниз по моему животу к месту соединения бедер.
Я ахаю, когда он обхватывает меня поверх джинсов, тепло его ладони вызывает шипение удовольствия у моего клитора.
Его губы приближаются к моему уху. “ Я собираюсь прокрасться в твою комнату сегодня вечером, Эбби, ” хрипло произносит он. “И я собираюсь лизать твою киску всю чертову ночь”.
О. Мой. Бог.
Затем он улыбается. “Я хочу, чтобы ты подумала об этом, когда будешь с ним сегодня”.
Мое сердцебиение опасно неустойчиво. С легкой ухмылкой Джек убирает руку и бредет к лестнице.
Выйдя на улицу, я все еще пытаюсь выбросить угрозу Джека - или, скорее, обещание — из головы, когда Нейт приветствует меня своей кривой ухмылкой. - Ты не думал подставить меня?
Просто эта легкая интонация в его голосе, то, как он убирает волосы с глаз, с головой бросает меня обратно в блендер противоречивых чувств. Десять секунд назад мое сердце колотилось из-за Джека.
Теперь оно колотится из-за Нейта. Это нехорошо.
-Ни за что. Просто кое-какие домашние дела.
Нейт не стесняется приподнимать мой подбородок, чтобы поцеловать меня. Глубокий поцелуй типа ""Я-тебя-не-видела-несколько-недель"", который будоражит каждый нерв и заставляет меня задуматься о том, чтобы отказаться от всей этой поездки и отправиться прямо к нему домой.
-Привет, - говорю я, затаив дыхание, когда он отпускает меня."
"Нейт ухмыляется, довольный собой.
“ Привет. Затем он помогает мне надеть шлем и убирает выбившиеся пряди волос с моего лица, чтобы надеть на меня очки. “ Они тебе понадобятся. Без них слишком холодно. Твои глаза застынут прямо в своих глазницах.
Я надеваю их. “Как я выгляжу?”
-Блестяще.
Ощущение грохота мотоцикла подо мной, когда мы мчимся по улицам Лондона, никогда не надоедает. Даже морозный воздух не беспокоит меня, руки крепко обнимают Нейта за талию. Поездка напоминает мне о том, что я люблю в этом городе. Архитектура и культура.
Отдельные кварталы с их особыми ритмами. Мне нравится наше ранчо в Нэшвилле, но ничто не сравнится с Лондоном.
В Тонвелле мы медленно едем по мощеным улочкам к небольшому коттеджу сразу за центром деревни. Миниатюрная женщина лет под сорок встречает нас в дверях.
“Ну, вы, конечно, появляетесь”, - говорит она после того, как их представляют друг другу. На ней тусклый комбинезон с черными пятнами на коленях, а ее седеющие волосы завязаны банданой.
