Оружие Гамбурга находится в тумбочке рядом с кроватью у окна. Другой пистолет находиться в открытом чемоданчике на нижней полке шкафа.
На мгновение я прокручиваю все в голове.
— Для меня это новая информация, — говорю я. — Думал, что видел всё.
— Согласен, — отвечает Николас. — Но все так, как есть, но особой разницы нет.
Он прав по этому поводу. Несмотря на особые обстоятельства, у меня нет проблем с делом. А вот Сэрай, сомневаюсь, что она стерпит это.
— Как только все закончится, свяжись со мной, — просит Николас.
— Я бы хотел передать информацию Воннегуту как можно скорее. Надеюсь, что это компенсирует все задержки и проблемы, с которыми вы столкнулись или сами создали с Хавьером и Гузманом. — Я слышу скрытое обвинение в его словах, но это было ожидаемо, я не обращаю на это никакого внимания.
— Я все сделаю, — говорю я.
Прежде чем закончить разговор, Николас говорит.
— Виктор, ты же знаешь, что должен это сделать. Для твоего же блага и тем более для её.
Я не убью Сэрай и сделаю все, чтобы никто из особняка этого не сделал, но понимаю, что мой брат прав.
Мне следует убить её ради моего блага, ради неё самой. Но не могу. И не буду.
Сэрай
Настал день икс и адреналин бьется по жилам так сильно, что не усидеть на месте. После душа я надеваю платье, выбранное Виктором, и в очередной раз я возвращаюсь к образу легкомысленной дамы.
— Чувствую себя совершенно голой, — говорю я, смотря вниз на тонкое шелковое платье. Инстинктивно я пытаюсь тянуть за концы платья, чтобы прикрыть больше тела, разочаровавшись, что усилия волшебным образом не растягивают ткань.
Если я немного наклонюсь, любой, стоящий позади меня, увидит все. К счастью на мне трусы, по крайней мере.
Виктор стоит в стороне, наблюдая за мной, поглощенный собственными мыслями. Он выглядит обеспокоенным, даже грустным.
— Я не от чего не отказываюсь, — доказываю я, понимая какое впечатление у него складывается. — Я хочу сделать это. Неважно, что случится со мной, это будет не твоя проблема. — Может немного самонадеянно думать, что ему есть до меня дело, а уж тем более намекать на это вслух, но мне действительно кажется, что по-своему ему не все равно.
И я больше не боюсь говорить ему о том, как себя чувствую. О произошедшем между нами. О моих чувствах, хотя я все еще не уверена в том, что они мои. О его чувствах, хотя он более осторожен, чем я.
Я подхожу к нему и пальцами кручу лацкан его пиджака с каждой стороны. Затем я сжимаю пальцы и мягко целую его в губы.
— Я смогу, — уверяю я.
