Уильям Стефенс соглашается.
— Да, Маркус проинформировал меня о Вашей просьбе, но боюсь сегодня вечером это невозможно. Мистера Гамбурга нет на месте.
Фредрик встает, и наши глаза устремляются на него. Он делает последний глоток вина.
— Прошу прощения, — говорит Фредрик Виктору. — Мне уже пора идти. — Он бросает на меня быстрый взгляд. — Через два часа встретимся в отеле.
Я не удостаиваю его какого-то тайного взгляда или легкой улыбки, а просто киваю и возвращаю все свое внимание к Виктору и проблеме с платьем.
Фредрик и Виктор быстро прощаются, а затем швед уходит, оставляя нас наедине с менеджером.
— От имени мистера Гамбурга, — продолжает Уильям Стефенс. — Платье будет оплачено и вся еда за счет заведения.
Виктор рукой бьет по столешнице и неожиданно, словно ниоткуда рядом с Уильямом Стефенсом появляется вышибала. Тощий официант использует эту возможность и делает несколько шагов назад, увеличивая дистанцию между ним и нами.
— Пожалуйста, сэр, — говорит Уильям, стараясь разрядить ситуацию. — Не нужно сцен.
Не могли бы мы поговорить в более укромном месте?
Виктор встает прямо перед ним, излучающий каждой клеточкой своего тела непоколебимую уверенность и нетерпимость. Вышибала также встает ближе к Виктору. Проходит несколько напряженных секунд, но ни один из них так и не пошевелился. Я знаю, Виктор может справиться с ними без особых усилий, а это напряжение, повисшее в воздухе, лишь часть его плана.
— Я хочу, чтобы за платье компенсация была предоставлена сегодня же, — требует Виктор.
— Триста пятьдесят долларов. Наличными. И я подумываю засудить Вас и мистера Гамбурга за платье и за моральный ущерб, причиненный моей девушке.
Это слишком, но с другой стороны, я слышала, что многие люди судились и за более глупые вещи, а подобное легко сходило им с рук.
Уильям Стефенс согласно кивает.
— Очень хорошо, — говорит он. — С вашего разрешения, я пойду за деньгами.
Виктор кивает в знак одобрения, и тогда Уильям Стефенс уходит, а за ним и официант с вышибалой. Как только они спокойно проходят между столиками, отдаляясь от нас, Виктор поворачивается ко мне и делает жест, чтобы я присела рядом с ним.
— Мне действительно нравилось это платье, — говорю я, скрипя зубами.
Такой же салфеткой, что и ранее, Виктор деликатно и напоказ вытирает мою грудь.
— Все будет хорошо, пока мы здесь, — говорит он, а затем целует меня в лоб. — Мне кажется, тебе понравится Фредрик. Он умеет себя контролировать. — Он снова меня целует, теперь только в переносицу.
