Я вижу его через всю комнату, лежащего на спине, голова повернута в мою сторону. Его глаза закрыты, дыхание спокойно. Простыня покрывает только его живот и бедра, оставляя остальное тело на холоде. Я помню ранее ночью, когда он был сверху и прижимал меня к кровати, мои живот и бедра трепетали.
Я подхожу ближе, стараясь оставаться тихой, насколько это возможно, но в то же время, удивляясь тому, зачем вообще эта бесшумность. В конце концов, он все равно узнает, что я здесь, ну или что-то вроде того.
Подходя к кровати, я некоторое время смотрю на него, как его грудная клетка поднимается и опускается с каждым тихим вдохом.
Его рот закрыт, губы плотно сжаты, что указывает на то, что его сон, если он вообще видит сон, безмятежен, без насилия, которое его окружает. Подобно мне, кошмары его жизни давно исчезли, оставив только нездоровое чувство нормальности, к которому кошмары больше не относятся.
Я снимаю футболку и бросаю её на пол.
Опускаясь на кровать, я ползу по ней и усаживаюсь на его живот.
И уже через секунду мои волосы оказываются в его руках и пистолет приставлен к моему подбородку, давя на шею так сильно, что боюсь, если я двинусь, то сломаю её. Я не произношу ни слова, но не боюсь. Я точно не знаю, убил бы он меня или нет, но в любом случае, мне не страшно.
Он давит на кожу сильнее, и я чувствую, как холодное дуло пистолета опускается к середине моей шеи. Больше того, я чувствую твердость между ног, и пистолет опускается ниже.
— Если ты собираешься бросить меня, — шепчу я, не смотря ему в глаза.
— Тогда дай мне хоть это.
Он задирает мне голову больше. Пистолет на этот раз оказывается у моего желудка.
— Я никогда не была с мужчиной, с которым хотела быть, — говорю я. — Я хочу быть с тобой. Только раз. Хочется знать, каково это - быть под контролем.
Он сомневается, я ощущаю это в теплоте его кожи, напряженности в движениях. Затем пистолет начинает давить сильнее, и я чувствую, будто мои волосы останутся в его руках.
Но потом он смягчается, ослабляя хватку, позволяя моей шее передохнуть. Теперь мне видны его глаза, смертельно вглядывающиеся в меня, и все же такие соблазнительные, хотя и знаю, что он делает это не нарочно.
— Тебе не следует здесь находиться, — шепчет он.
Я чувствую его взгляд на себе, скользящий по моему телу, голым грудям, вниз к бедрам, которые обхватывают его.
— Мне все равно.
Его взгляд возвращается к моему лицу, изучая изгиб моих губ.
