Справа от меня, во всю стену окно с видом на бушующий океан, а впереди нее, стоит самое красивое пианино, которое я когда-либо видела.
Я не могу оторвать глаз от него.
— Но почему бы и нет? — Я спрашиваю, подойдя к нему сзади. — Что еще мне делать со своей жизнью? Я не могу вернуться туда. У меня нет образования, еще даже не школу не закончила. У меня нет друзей, нет семьи, нет работы, истории. Виктор, у меня даже нет реального водительского удостоверения или свидетельства о рождении и карточки социального обеспечения.
У меня нет идентичности, по крайней мере, не правовое.
Он выходит из комнаты с пианино."
"Затем мы зашли в другую комнату, в которой много полок, уставленных книгами в основном в кожаном переплете, рабочий стол, покрытый лаком, кожаное кресло в центре комнаты, небольшой столик и торшер рядом с ним.
— Ты можешь получить все обратно, — говорит он, идя в сторону столика возле кресла. — Это займет некоторое время, но ты можешь получить их. Что же касается образования, ты можете получить GED, пойти в колледж.
— Он смотрит на меня и добавляет, — это будет трудно, но это - твой единственный вариант.
Он берет книгу и начинает листать изорванные страницы.
— Но это не то, чего я хочу, — говорю я. — Я хочу, чтобы... делать то, что ты делаешь. Я знаю, что это звучит нелепо, но...
— Это смехотворно, — говорит он, захлопнув книгу. — Ответ- нет. Он всегда будет нет, так что не трать зря время.
Он проходит мимо меня снова.
Я следую за ним через комнату с пианино и обратно в гостиную.
Он хочет уйти дальше, но я останавливаю его.
— Я хочу остаться с тобой.
Он стоит спиной ко мне, просто стоит: тихо и неподвижно, как будто мои слова украли его движение и голос. Я не хотела говорить это в слух, но я чувствовала, что это была единственная вещь, способная на него повлиять.
Мы долго стоим в тишине, я думала, он мне хоть что-то ответит, даже если просто прочтет лекцию о том, что я ничего не знаю и не знаю, о чем прошу. Но он ничего не говорит. И тогда я разворачиваюсь и иду обратно в комнату.
Признав поражение, я присаживаюсь на стул на кухне и смотрю в экран видеонаблюдения, закрепленный внутри стены, слева от меня; один экран разделен на четыре части, которые показывают четыре различных помещениях одновременно. И каждую отдельную площадку в доме и возле него.
Минуты спустя, гладкий черный автомобиль, как и у Виктора, подъезжает к воротам.
Виктор, вероятно, смотрел видео на другом экране, в другой комнате, приходит в кухню.
