– Да ладно, а писю в писю пихать норм?
– Прекрати, это звучит ужасно.
– Вот именно, что прекрати. Для стеснений уже поздновато, не находишь?
Охренные извинения. И лапши на уши «навешал». Ой, блин… тяжело придется.
– Не нахожу.
Удивительным образом, Маше удается повернуться ко мне спиной в столь маленькой душевой. Ну и ладно, так даже удобнее. Притягиваю ее к себе за талию. Утыкаюсь губами в шею. Вкусно пахнет, зараза. Нет, все же дурацкая идея – залезть к ней в душ. Что я вообще хотел сказать?
– Хорошо, останешься здесь до конца января.
Но при условии, что за тобой нет слежки. Если есть – придется поменять планы. Но это не значит, что я исчезну из твоей жизни. Понимаешь?
– Тебе так сложно сказать, что ты ни при каких условиях не отдашь меня папе? – видимо, в душевой достаточно места, раз Маша с легкость вывернулась и повернулась ко мне. Лучше не смотреть ей в глаза. От такого взгляда можно все пообещать.
– Легко, Маш. Но я хочу, чтобы это были не просто слова, а реальность. Поэтому, пожалуйста, послушайся меня.
Это не попытка вернуть тебя к отцу после того, как забрал то, что типа положено твоему несостоявшемуся мужу. Просто надо действовать не на эмоциях.
– Ну ты-то действуешь не на них. Тебе проще.
– Да неужели? Если бы я действовал не них, то уже давно пробил бы моднявого и узнал бы куда более важные вещи. Так, все, давай займемся чем-нибудь более приятным.
– Например?
– Например, возьми мочалку и помой меня. Не как грязного мужика. А как чистого, в которого втрескалась уже как пару месяцев.
Договорились?
– Сначала скажи, что будет завтра.
– Завтра я проверю моднявого и от этого будем плясать.
– Я же тебе сказала, что Никита не может быть папиным человеком, ты вообще меня слышал?
– Да, Господи, что ж ты такая наивная-то? Я тоже знаю, что в случае, если пальцем тебя трону, то мне могут не только яйца отстрелить, но и навредят всей моей семье, что более вероятно. Однако в какой-то момент я на это эгоистично наплевал, поставив в приоритет не свою семью. Что мешает этому Никитке забить на работу и тоже влюбиться в тебя?!
Загруз.
Длительный. Правда, в какой-то момент, уловил, что выражение лица у Маши смягчилось.
– Проверяй его, Мишенька. Все, буду тебя слушаться. Рули. Ты во всем прав, – это что еще такое?
– Вот так просто? Что за резкая капитуляция?
– Да, так. Я умею признавать свою неправоту. Давай сюда мочалку.
– Зачем.
– А кто хотел, чтобы я кого-то помыла?
– Знаешь, я немного опасаюсь. Я пошутил про суровый Зуевский.
