– Что ты делаешь?
– Снимаю с тебя мокрую футболку, что же еще.
Как завороженный наблюдаю за тем, как Маша стягивает с меня мокрую одежду. Принципиально не трогаюсь с места, наслаждаясь тем, как она поднимает как можно выше мою ногу и кряхтит, пытаясь стянуть с меня мокрые кроссовки.
– Ты мне не поможешь?
– Нет, – как ни в чем не бывало бросаю я, опираясь о бортик бассейна.
Молча, но все же справляется со всем, оставляя меня только в боксерах.
– Я сейчас в сушку все отнесу, не боись, быстро высохнет, – слышу где-то рядом голос сестры, но взгляд от Маши не отвожу.
Неотрывно смотрю за тем, как она закидывает на мою шею руки, а затем виснет на мне, обвивая ногами торс. Мне знаком этот взгляд. Ну какие сейчас секс-игры, когда рядом столько ненужного народа.
– Покружи меня, – шепчет мне в губы, обдавая запахом едва уловимого алкоголя.
– Больше не делай так, – шепчу ей на ухо, сжимая в ладонях ее едва прикрытые клочком ткани ягодицы.
– Как?
– Ты знаешь как.
– Я не планировала злить тебя Никитой, но раз уж так вышло, почему бы и нет, – ну хоть не отнекивается в типично женской марене.
Никогда бы не подумал, что буду рад, что в Маше все еще осталась эта манера – говорить правду. Вот только тут же отрезвляет тот факт, что про курсы я от нее ничего не знаю. – Тебя же в бассейн было не загнать. Зато теперь ты со мной. Надо сказать спасибо твоему… зятю? Или кем он тебе приходится?
– Мудак обыкновенный.
– Миш, ну хватит.
Не знаю, что со мной происходит, то ли Машин ласковый голос, то ли ее способ заткнуть мне рот поцелуем, но что-то определенно действует, ибо через пару мгновений я забываю о бесящих меня вопросах.
Мы целуемся как ненормальные, Маша льнет ко мне едва прикрытой грудью, мои ладони мнут ее аппетитную задницу и мозг впадает в спящий режим.
– Не советую трахаться в бассейне. Там, как бы, хлорка. Лайхфак – есть предоставленная вам спальня.
До меня только спустя несколько секунд доходит, кто это говорит и где мы находимся. Маша первая растерянно отлипает от меня и дергается в сторону.
И только ее пунцовые щеки окончательно приводят меня в чувство. Приплыли. В чужом бассейне со стояком. Видимо, осознав столь щекотливую ситуацию, Берсеньева вновь подплывает ко мне и шепчет на ухо:
– Давай на сурового зуевского дружка наденем парео?
– А, может, платье на меня еще накинем?
– Тебе не пойдет. Бородатому мужчине платья вообще не идут. Ладно, не паникуй, я выйду первой и принесу тебе полотенце.
