А стоит бы задуматься, после такого-то разврата в раздевалке, – видеть на Машином лице хоть какое-то подобие улыбки всяко приятнее, нежели полный загруз.
– Обязательно призадумаюсь.
– Кстати, а ты как меня нашел?
– Секрет фирмы. Меньше знаешь, крепче спишь.
– Миш? – бля, ну только не про Женю. Тянется ко мне на носочках и целует в уголок рта, одновременно поглаживая по щеке. – Ты снова куришь. Много, я смотрю, праздновал за пять дней.
– Я брошу. Как устаканится все. Самому не нравится.
– Я – извращенка. Меня это чуточку возбуждает.
– Что?
– Запах табака. От тебя он не противный. Не знаю как так. Но это просто вредно.
– Брошу.
– Блин, еще и пальцы на зеркале. Хоть мы здесь и так долго, но все равно надо все отмыть.
– Да прям щас. За двадцать косарей за лифчик сами отмоют. Ты уверена, что он тебе нужен? Поскромнее как-то нельзя белье выбирать?
– Уверена. Я почти три месяца экономила. И вообще, мне стыдно, бери и сам пробивай на кассе.
– Я что похож на придурка, который тратит двадцать тысяч на клочок ткани?
– По папиной карте.
– Да без разницы чьей платить. Кому он нужен вообще? Без него всяко лучше.
– Ой, все.
Глава 27
Глава 27
Из такси вылетаю как ошпаренная. На часах половина второго дня, и я никак не успею испечь пирог за полчаса. И папа непременно мне об этом напомнит.
– Странно, я был уверен, что у тебя все в порядке со слухом. Видимо, от Медведева чем-то заразилась, – с порога заявляет папа, прожигая меня взглядом.
– Что ты имеешь в виду? – ставлю пакеты на пол.
– То и имею.
У него тоже проблемы со слухом. Надо проверить твои уши. Иначе я не знаю, как объяснить тот факт, что ты приехала на такси, когда я четко сказал позвонить водителю.
Прежняя я определенно бы кинулась в извинения, ну а теперешняя, видимо, с потерей множества девственностей, нахваталась какой-то силы и наглости. Скидываю с себя одежду и обувь и выпрямляю спину.
– Согласна. Надо проверить слух. Только вместе пойдем, у тебя тоже с ним проблемы, судя по тому, что ты не сдержал обещание и за мной по-прежнему следили твои люди.
Тебя, кстати, ушной хворью кто заразил?
– Да поди та же паскуда, что и тебя.
– Мне не нравится, как ты его называешь.
– Да что ты говоришь? Мне много что не нравится, но я же как-то терплю.
– Что он тебе такого сделал, что ты так к нему неблагосклонен? Он – хороший, – на мой ответ папа откровенно усмехается.
– Даже не знаю. Может, потому что этот мудак ездил мне по ушам, тогда как знал, где ты находишься?
– Это я его попросила.
