Полная решимости раскрыть правду, я внутренне принимаю решение продолжить расследование причастности Марка.
Одевшись, я направляюсь в офис. Поездка кажется длиннее, чем обычно, тяжесть ситуации тяжелым грузом давит на мой разум. Мне нужно собрать больше информации, чтобы связать воедино точки и разоблачить виновных.
По дороге я захожу в кафе «Проезд», не в силах сопротивляться ставшей привычной рутине, которая придает мне видимость нормальности. Я заказываю свой обычный бублик и кофе, находя утешение в знакомых ароматах, которые обеспечивают краткую передышку от хаоса моей жизни.
Меня удивляет, что я вижу несколько сотрудников СМИ у офисного здания, когда я поворачиваю в гараж. Я проверяю время, понимая, что сейчас немного позже, чем я приехала накануне. Я вздыхаю с облегчением, что они не выходят из подъезда здания, поскольку у меня нет новостей, чтобы сообщить им, и я могла бы избежать их, воспользовавшись лифтом в гараже.
Паркуя машину и направляясь к лифту, я пытаюсь сохранять невозмутимый вид, несмотря на бушующее внутри меня смятение.
Я всего в нескольких шагах от нажатия кнопки лифта, когда слышу голос.
— Алекс, — раздается голос позади меня.
Обернувшись, я вижу Тристана Уинтерса, небрежно шагающего ко мне, засунув руки в карманы с ухмылкой на лице.
Я не в настроении поддаваться его обаянию.
— Для вас я агент Дарлинг, мистер Уинтерс, — отвечаю я, приподняв бровь.
Тристан хихикает, ничуть не смущенный моим холодным ответом.
— Так официально, агент Дарлинг. Только не говорите мне, что жесткий и сварливый агент Мэтьюз обратил вас в свою «веру».
Не все журналисты плохие, я могу даже понравиться вам, если вы узнаете меня получше. Представьте выражение ужаса на его лице, если бы вы это сделали, — он изображает преувеличенный шок, поднося руку к открытому рту и расширяя глаза.
Мои губы подергиваются от удовольствия.
— Хорошая попытка, Уинтерс, — отвечаю я, мой тон немного смягчается. — Но я думаю, мы оба знаем, что требуется нечто большее, чем несколько остроумных замечаний, чтобы расположить меня к себе.
Тристан изображает обиду, театрально прижимая руку к сердцу.
— Ой, Дарлинг. Вы раните меня своим холодным безразличием.
Я игриво закатываю глаза, радуясь мгновенному отвлечению от тяжести ситуации.
— Прибереги свою театральность для того, кто будет впечатлен, Уинтерс. У меня есть работа, которую нужно сделать.
Ухмылка Тристана сменяется более серьезным выражением лица, когда он делает шаг ближе.
