Он опускает мою голову до упора, удерживая меня там, и я заставляю себя дышать через нос.
Слова начинают срываться с его губ между стонами, когда его бедра изгибаются под моими руками.
— Черт, тебе так приятно давиться моим членом, Малышка. Тебе нужна моя сперма, не так ли? Хм? Тебе нужно, чтобы я трахнул тебя в горло, чтобы ты почувствовала себя наказанной за убийство монстра? Хотя он заслужил это, и ты выглядишь как королева с его кровью на тебе.
Он все еще держит мою голову там, когда сам опускается на колени на пол склада.
Я удивлена этим действием, но потом Тру оказывается перед лицом, приподнимая мои бедра и меняя положение, чтобы засунуть его член глубоко в мою киску. Я хнычу, когда он растягивает меня, его пирсинг царапает мои чувствительные стенки. Это толкает меня дальше на Дэра, и я снова сжимаюсь вокруг него, задыхаясь от него.
Тру стонет, когда его пальцы глубоко впиваются в мои бедра, а моя киска сжимается на его члене.
— Наша Малышка — королева, — рычит он, отстраняясь и сильно толкаясь в меня.
Я стону, мои глаза закрываются, когда ощущения бушуют во мне. — Ты такая чертовски мокрая, было приятно вонзать в него этот нож, как будто я вонзаю свой член в твою маленькую жадную киску?
Серьезно, если они не заткнутся, я кончу прямо из-за их грязных гребаных ртов.
Дэр запускает другую руку мне в волосы, оттягивая мою голову еще дальше назад, и я вынуждена опустить руки на землю, чтобы сохранить равновесие. Прямо в остывающую кровь, но мой разум и тело даже толком не замечают этого, когда Дэр начинает сильно толкаться в мой рот.
— Открой глаза, Малышка, я хочу наблюдать за ними, когда мы оба будем трахать тебя.
Я немедленно подчиняюсь, глядя на его лицо в маске, когда он вонзается в мое горло. Они устанавливают жесткий, брутальный ритм между ними; они не нежны, они грубы и порочны в своих движениях. Бедра Тру сильно шлепают по моей заднице, в то время как Дэр продолжает заставлять меня задыхаться от его члена.
Такое чувство, что адреналин от того, что мы сделали, толкает нас во тьму, и мы упиваемся этим.
Звук наших стонов и шлепков по коже эхом разносится по комнате и создает саундтрек к чистой порочности момента. Моя киска сжимается вокруг члена Тру, когда он толкается в меня, пока я не балансирую на грани оргазма.
Дэр сильно толкается в мое горло, прижимая мое лицо к своей коже, когда он стонет, его собственный оргазм поражает его.
