Джульетта использовала свое стоп-слово. Поэтому, чтобы узнать, как ее завести, я привел ее в клуб. Единственное, на чем задержался ее взгляд был сет, который проводил Лиам. Увидев это, я сделал Лиаму предложение по поводу Джульетты. Он был полностью ""за"". Проклятье, хоть ему и было всего 21, он уже тогда имел четкое представление о том, что означает обмен властью.
— То есть он присоединился к вам?
— Сначала, только на одну ночь. Но мне понравилось. Я думал, ей тоже. Мне понравилось, что вместе с другим мужчиной мы смогли как следует оттрахать мою жену.
И мне казалось, ей тоже хотелось временами быть ""плохой девочкой"", поэтому я предложил ему постоянные отношения. Но в какой-то момент я обнаружил, что она чувствует себя шлюхой, а не женой. Слишком поздно. Я перепутал ее молчание с подчинением.
— Разве ты не задал ей кучу вопросов, прежде чем сменить стиль вашей интимной жизни?
Хаммер склонил голову."
"— Видимо, недостаточно. Я был опьянен собственной властью и не блистал качествами идеального господина.
— Вау. Это так не похоже на тебя. Реально, я и представить себе не могу, что ты не смог разговорить Джульетту. Ты же способен заговорить сабу до смерти.
— О, поверь мне, я пытался поговорить с Джульеттой. Каждый раз, когда я сажал ее перед собой и просил сказать мне, как она себя чувствует, она одаривала меня блеклой улыбкой, говорила, что любит, целовала до потери пульса и делала мне минет. Я купился на ее молчаливое согласие, думая, что она идеальная саба. Мне следовало копать глубже, но она просто не давала мне повода.
Однако именно она преподала мне ценный урок в моей жизни. Вот поэтому я так настаиваю на общении с сабами.
— Хаммер, она не предоставляла тебе совершенно никакой возможности поработать над этим. Ты сделал все, что мог, имея при себе такой ограниченный круг сведений. В конце концов, в брак вступают двое. Она сделала свой выбор.
Он пожал плечами, но чувство вины так и осталось на месте. Вместо этого он, забрав свой стакан у Бека, наполнил его.
— Но моя работа в том и заключалась, что я должен был заботиться о ней в физическом, эмоциональном и ментальном планах.
Я подвел ее.
— Что случилось потом?
— После ее смерти, я замкнулся в себе. Я был одинок и несчастен. Я не смог оставаться в Нью-Йорке. Слишком много воспоминаний. Слишком много боли. Я не знал, куда направить свой гнев, исключая, конечно, Лиама. Я не мог выплеснуть его на Джульетту. Ведь она стала жертвой моих желаний и моего эго.
— Погоди минутку. Она — не жертва.
