— Эммм…
Перевернув его вверх дном, показывая тем самым, что тот пуст, он одарил ее улыбкой, полной надежды, и протянул его в ее направлении. Она захихикала.
— Ты такой беспомощный.
Покачав головой, она обошла его и наполнила кофейник, чувствуя, как он следит за каждым ее движением.
— Не во всем, — опроверг Хаммер хриплым тоном.
— Но ты и так это знаешь.
Рейн помнила. В ее памяти сохранилось каждое мгновение, той ночи, проведенной в его постели.
— Например, ты в совершенстве владеешь умением отдавать приказы и рычать? — поддразнила она в тон его игривому настроению.
В ту же секунду его улыбка испарилась. На ее место пришло выражение требовательного Доминанта. Хохо. Игры кончились.
— У меня есть к тебе один вопрос, — сказал он.
Рейн с тревогой задержала дыхание.
— Да?
— Ты точно уверена в том, что это именно то, чего ты хочешь?
Несмотря на ее прежние оговорки и неуверенность, она еще никогда не была настолько серьезной в своей жизни. Прошлое теперь было там, где и должно было быть, позади.
Настоящее потихоньку находило свою тропинку к ней, хоть и неявную. А будущее… да кто его знает? Но она отказывалась бросать эту затею из-за собственного страха.
Она вздернула подбородок, выражая свою убежденность.
— Абсолютно.
— Надеюсь, так оно и есть.
Хаммер продержал ее заложницей своего взгляда в течение долгого, безмолвного момента. Затем его внимание вернулось к кофейнику и он вздохнул. Такой большой и грозный… до тех пор, пока ему не требовалась чашка кофе. Она усмехнулась.
— Скоро все будет готово. Терпение.
— Следи за собой, — предупредил Хаммер, приподняв бровь.
— Не забывай о том, что твоя лилейно-белоснежная попка в ближайшее время окажется в наших руках.
В их широких и сильных руках.
Перед ее внутренним зрением тут же пронеслись картинки того, как они этими руками стягивают с нее одежду, привязывают к постели, накрывают своими губами ее тело и погружают свою члены глубоко в нее, в ритмичном, невыносимом, овладевающем темпе… Господи, как же она надеялась на то, что они предоставят ей такую возможность.
В комнате резко стало жарко, ну, или это у ее щек внезапно поднялась температура. Заглушив, рвущийся наружу стон, она вернула свой взгляд к шипящему на сковороде бекону, в надежде на то, что Хаммер не умеет читать ее мысли.
Рейн стремилась к тому, что невозможно в реальной жизни, она должна была уже смириться с этим. Или нет? Преследовавший ее ранее вопрос, вновь вернулся к ней с прежней силой.
