Я должна была, по крайней мере, поблагодарить тебя перед уходом, а не сбегать, не сказав ни слова.
— Тогда почему ты этого не сделала? — настаивал Хаммер.
— Пожалуйста. Позволь мне закончить.
Ее голос надломился.
— Хорошо.
Хаммер кивнул.
— Но приготовься, Рейн. Нам тоже есть, что сказать.
— Я в этом даже не сомневаюсь.
Она послала ему слабую кривоватую усмешку. Что бы ни было у нее на уме, ей было тяжело от этих мыслей. Если выражение ее лица и жесты и не выдавали этого, то непривычное для нее отсутствие сарказма и острот, доказывало обратное.
— Лиам…
Она заворожила его своим гипнотическим взглядом, заставляя почувствовать желание узнать ее внутренний мир лучше. Но, спустя мгновение, она отвернулась от него, и он почувствовал укол боли.
— Ты так старался заставить меня понять, что ты любишь меня и хочешь, чтобы я развивалась. То, что я сотворила с тобой выше отметки просто ""нечестно"". Я сожалею об этом сильнее, чем могу выразить словами.
Она дернулась. Ее лицо исказило сожаление.
— Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь простить меня, хотя я этого и не жду.
— Я испробовал все, что только смог придумать, чтобы помочь тебе.
Он тяжело вздохнул.
— Но у меня больше не осталось вариантов.
— Знаю. Я многое обдумала за последние несколько дней. Я знаю, мне придется измениться. Я никогда не буду счастлива, если буду продолжать отталкивать от себя всех и каждого. Мне придется научиться выражать словами то, что я думаю и чувствую. И еще мне нужно прекратить скрывать правду в попытках избежать дискомфорта.
Она сделала судорожный вдох.
— Кроме того, я должна научиться верить в то, что не все люди стремятся причинить мне боль. Я не тешу себя иллюзиями. Это будет происходить не быстро и мне будет не просто. Я вообще не уверена в том, что это возможно, но, по крайней мере, мне необходимо попробовать.
Даже печаль в ее глазах ранила его не так сильно, именно ее речь выбила почву у него из-под ног. Лиам не мог припомнить, когда она была с ним настолько честна. Но ее дрожащие руки и опущенный взгляд подсказывали ему, что это далеко не все из того, что крутится у нее в голове.
Лиам повернулся и посмотрел на Хаммера. Его старый приятель выглядел потерянным. Он знал, что чувствует Макен в данный момент, потому что сам завяз в этом же болоте.
— Но… у меня есть к вам просьба, — продолжила она.
— Знаю, я ничем не заслужила вашего сострадания, однако, осмелюсь попросить вас подсказать кандидатуру Домины, способной и желающей мне помочь.
