Но, несмотря на то, что я переехала, подписание Домиником бумаг и звонок Коула, сообщившего мне, что на прошлой неделе все прошло без сучка и задоринки, до этого момента до меня не доходило, что я разведена.
Ни обручального кольца. Ни брака. Ни Доминика.
Я схватила воду и выпила ее, надеясь, что она смоет вкус моих неудавшихся отношений. Этого не произошло.
— Ты в порядке? — мягко спросил Эйден. Наш официант ушел, и он наблюдал за мной с таким настороженным выражением лица, что мне снова захотелось расплакаться.
— Мы можем перенести встречу в другой раз, если ты плохо себя чувствуешь.
Он был достаточно тактичен, чтобы дать мне выход, который не включал упоминание о моем нервном срыве. Я — худшая в мире спутница.
— Нет. Я в порядке, — я прочистила горло. — Мне просто что-то попало в глаз, — я могла выдержать один ужин. Это была еда и разговор, а не пытка. — Ты недавно вернулся из северной части штата, верно? Как тебе там?
Будь то вино, безупречная паста или моя полная решимость спасти вечер, мы с Эйденом наконец-то добились успеха во время основного блюда.
— Честно говоря, я мечтаю уйти на пенсию в северной части штата, — сказал он. — Я не житель большого города. Если бы не дела, я бы сидел где-нибудь в хижине, пил пиво и нежился на свежем воздухе. Рыбалка, походы по выходным. Хорошая жизнь.
— Это звучит чудесно, — давненько я не ходила в походы, но мы с братом постоянно ходили туда летом в Бразилии. Я пропустила это. — Надеюсь, ты не поймешь это неправильно, но когда я впервые увидела тебя, я подумала, что ты выглядишь как… ну… — я кашлянула, сомневаясь, что наступил момент истины, — …как лесоруб.
Громкий смех Эйдена вскружил головы всем в крошечной траттории (прим. Тип итальянского ресторана (харчевня), с соответствующей кухней) и охладил румянец, разгорающийся на моих щеках.
— Неа. Это комплимент. А если мы говорим о честном первом впечатлении… — он наклонился вперед, его лицо смягчилось. — Когда я встретил тебя, то подумал, что ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел.
По идее, его признание должно было вызвать у меня восторг. На практике это заставило меня почувствовать… ничего. С таким же успехом он мог бы быть роботом, читающим мне состав банки супа.
Я сделала глоток вина, пытаясь придумать подходящий ответ, который бы не расстроил его.
— Эйден, я…
— Алессандра, — от глубокого, холодного голоса у меня по рукам побежали мурашки.
Мой стакан замер на полпути к столу. Нет.
