— Мариса Монте, — улыбка Алессандры была такой мягкой и теплой, что я прочувствовал ее до глубины души. — Она называется «Amor, I Love You».
Нынешняя Алессандра не улыбалась, но блеск ее глаз вселил во меня намек на надежду. Пока она что-то чувствовала, нас можно было спасти, потому что я боялся не ее ненависти — я боялся ее безразличия.
— Если бы все было иначе, мы бы приехали сюда вместе, — говорит Алессандра. — Мы бы заказывали напитки, рассказывали друг другу о том, как провели день и жаловались на пробки в час пик.
Мы бы сочиняли истории из жизни окружающих нас людей и спорили о том, не слишком ли рано еще развешивать рождественские украшения. Мы были бы обычной парой, и мы бы… — ее голос запнулся. — Мы были бы счастливы.
Горечь, прозвучавшая в последнем слове, расколола мое сердце пополам. Картина, которую она нарисовала, была данью уважения к прежним простым временам, и хотя я никогда не хотел быть тем нищим, беспомощным мальчишкой, каким я был, когда мы впервые встретились, я действительно хотел быть тем мужчиной, в которого она влюбилась.
Я хотел, чтобы она улыбалась мне, как раньше.
Я хотел, чтобы она была рядом со мной, счастливая, смеющаяся и сияющая.
Я хотел, чтобы мы снова были вместе, даже если это означало лишить ее части того человека, над созданием которого я так долго работал.
— Один танец. — Я давно никого ни о чем не умолял, но сейчас я именно это и делал. — Пожалуйста.
Песня закончилась. Момент ностальгии улетучился, но я почти не заметил этого, ожидая ответа Алессандры.
"
"Она посмотрела на мою протянутую руку. Мое сердце ударилось о грудную клетку, и как раз в тот момент, когда я подумал, что она уйдет и заберет с собой этот чертов орган, она вложила свою ладонь в мою.
Облегчение выбило воздух из моего горла.
Я притянул ее ближе, стараясь не двигаться слишком быстро, чтобы не спугнуть.
Один танец. Одна песня. Один шанс.
— Помнишь, как мы впервые пошли в бар вместе? — спросил я. — Тогда я сдал экзамен по английскому языку, и мы отпраздновали это шотами в Склепе.
Алессандра покачала головой.
— Как я могу забыть? Тебя чуть не арестовали.
Не успели мы пробыть внутри и пяти минут, как какой-то пьяный засранец набросился на нее. Он отказался оставить нас в покое, и его заигрывания становились все более агрессивными, пока я не ударил его, он не ударил меня в ответ, и ссора переросла в драку, в результате которой на место происшествия прибыли полицейские.
— Это того стоило, — сказал я.
