Она оглянулась, чтобы убедиться, что никто не смотрит, а затем повернулась ко мне и пожала плечами.
— Не беспокойтесь об этом. Я продам вам так. Ну, давайте.
Она взяла мои десять долларов и протянула мне кроссовки и книгу.
— Спасибо, я очень ценю вашу помощь."
"— Пожалуйста. Наслаждайтесь книгой. Кажется, моя мама ее читала. Да, точно, читала. Она сказала, что книга очень милая.
— Я точно прочту ее.
Что я и сделала. Прочитала ее в один присест, сидя в пустой гостиной своей квартиры.
Первые десять глав были обо мне и Джексе, нашей жизни в конце грунтовой дороги, хотя он, конечно, использовал другие имена.
Джон и Элли. Они прошли через все трудности, как и мы, но, в отличие от нас с Джексом, никогда не расставались. Они всю жизнь жили как два влюбленных ребенка. Путешествовали по миру, у них были дети, и во всех своих приключениях они ни о чем не жалели.
Это была короткая и, честно говоря, скучная история. Но в финале я плакала.
Глядя в зеркало, я изучала свое постаревшее лицо и морщины как напоминания о невзгодах, через которые я прошла.
Была ли книга способом Джекса воплотить в жизнь свою мечту о нас? Просто большим «а что, если»? Что, если бы я не привела к нам полицию? Что, если бы я не вышла замуж за Дэвида? Что было бы с нами? Мы бы закончили как Джонни и Элли?
Моя жизнь была так наполнена сожалениями, что я не знала, смогу ли двигаться дальше.
Глава 14. Процесс восприятия
Я ворочалась всю ночь и, наконец, уснула в четыре утра. Не могла выкинуть эту историю из головы. Оставалась одна глава.
Собиралась ли Эмерсон покончить с жизнью? Не поэтому ли Кара считала книгу грустной? Или это потому, что у Эмерсон было так много сожалений? Почему все называли историю трагичной? Я хотела узнать, но была слишком напугана, чтобы читать дальше.
Я проспала два часа и проснулась от звонка Тревора.
— Привет? — сказала я неуверенно.
— Ты почему вчера не позвонила?
— Прости, была занята. Виделась с папой и с матерью.
— И…
— Тяжелые были дни, я до сих пор пытаюсь во всем разобраться.
— Просто будь на связи, Эми, ладно? Чтобы я знал, что ты в порядке.
— Хорошо.
Собравшись, я упаковала вещи и семь часов ехала до Нью-Клейтона, где проживали Джесси и Боннеры, также известные как София и Келлеры.
Дом был точно таким же, как раньше: совершенно нетронутый, желтый, в викторианском стиле и с белой отделкой. Миссис Боннер открыла дверь и оживилась, когда поняла, что это я.
— Ну, здравствуй, Эмилин! Давненько я тебя не видела. Ты хорошо выглядишь.
