Я хочу, чтобы ты был частью моей жизни. Но я до сих пор с Тревором.
Я посмотрела на него снизу вверх, когда он подошел ближе.
Он смотрел на меня с легкой, натянутой улыбкой. Во взгляде читалось благоговение и что-то еще… кажется, смирение.
— Друзья? — прошептал он.
Я кивнула.
— Ты надолго в Сан-Диего?
— Завтра я еду домой, а на следующий день уезжаю в тур на презентацию книги. Двенадцать городов.
— Это же замечательно!
— Разве?
Между нами было столько напряжения, но большинство слов остались невысказанными.
У меня сел голос.
— Я думала о том нашем дне в сарае.
— И чем ты в это время занималась?
— Прекрати, — сказала я игриво.
— Я шучу. Не странно ли: у нас было так мало… и одновременно казалось, что у нас есть все на свете, да?
— Да.
Он взял мои ладони в свои, медленно и грациозно прильнул ко мне и нежно, сладко поцеловал в губы, как в наш самый первый раз. Я закрыла глаза в попытке удержать момент, но его губы исчезли слишком рано.
Синди распахнула дверь и протянула руку мимо меня.
— Здравствуй, Джейсон, мы так много о тебе слышали!
— Здравствуйте.
Очень рад познакомиться. Синди, я полагаю? — сказал он, пожав ее руку.
— Да, это я, а это моя партнерша, Шэрон.
Синди была какой-то восторженной. Странно. Я посмотрела на сидевшую на диване Шэрон, которая тоже широко улыбалась.
— Однажды я слушал ваши лекции несколько лет назад, — сказал Джейс.
Я повернула голову в его сторону.
— Где это?
Синди ответила за него.
— Ах да, кое-какие мои ранние лекции транслировали по кабельным образовательным каналам.
В этом был смысл — Джейс всегда смотрел телевизор или читал.
— Бесплатный колледж, здорово же, — сказал он.
Синди и Шэрон захихикали. Невероятно, но ослепительная ухмылка Джейса очаровала даже моих теток-лесбиянок.
— Что ж, дамы, мне пора идти."
"— Погоди-ка, — я бросилась в кухню, выхватила из ящика стикер и нацарапала на нем свой телефон и электронную почту. Протянула их Джейсу. — Как будешь в Сан-Диего, позвони.
Кивнув, он взял листик и сунул его в карман.
— Обязательно. Спокойной ночи, Эм.
Он поцеловал меня в щеку и ушел. Глядя, как он сбегал по лестнице, я чувствовала, что нам снова пятнадцать.
И слышала, как Шэрон сказала.
— Он назвал ее «Эм». Как это мило!
Позади меня Синди произнесла:
— Мы ничего не говорим, но ты сама понимаешь, что мы чувствуем.
Я стала бесцельно слоняться с опущенной головой, а они наблюдали за процессом осознания мною произошедшего.
— Хочешь поговорить, милая? — спросила Шэрон.
