Нагадила, ее поймали, негодница испугалась, что накажут, и давай больную из себя корчить.
– Похоже, Марфе действительно плохо, – остановила я сердитого папеньку. – Она спит в гостевой.
– Ну и пусть дрыхнет, – воскликнул Михаил, кашлянул и добавил: – Если вам не мешает. У нас дома Хиросима. Гена запретил даже имя Марфы упоминать.
– Слов нет, девочка поступила плохо, но ей всего пятнадцать лет, – зачастила Флора. – В этом возрасте мозг еще не развился, тинейджеры и не такое вытворяют. Геннадию просто нравится демонстрировать, кто в доме хозяин, потому и прессует нас.
Ну, нашкодил ребенок, отругай его, выпори. А он вон что надумал! Выгнать Марфу решил! И ты, и я знаем, почему он так поступает, кто его науськивает.
– Замолчи, – процедил Михаил.
– Сам заткнись! – взвизгнула Флора. – Мать ваша распрекрасная воду мутит. Она никого, кроме Гены и его урода, не любит! И тебя в том числе, зря ты перед ней расстилаешься, в глаза ей заглядываешь, меня по наущению свекрови пинаешь.
– Не скандаль, мы не дома, – сквозь зубы процедил муж.
– И слава богу, что не рядом с твоими родственниками! – выкрикнула Флора.
– Думаю, вам надо пройти к Марфе, – вежливо намекнула я. – Понимаю, ситуация не простая, могу временно оставить ее у нас, но все же гляньте на девочку.
– Моя доченька, пустите скорей к ней! – наконец-то сообразила сказать мать.
– Отведу вас в гостевую, – засуетилась Люся, – сюда, пожалуйста, в коридорчик.
Мы с Михаилом остались вдвоем, я вспомнила о гостеприимстве.
– Хотите чаю или предпочитаете кофе?
Он сделал шаг по направлению к входной двери.
– Спасибо, мне лучше отправиться домой и поговорить с мамой наедине. Жена не ладит с ней, Флора излишне эмоциональна, воспринимает любое слово свекрови как упрек в свой адрес. Скажет та: «Почему у нас в доме сегодня холодно?» Зина, супруга Гены, реагирует нормально: «Да, сильно дует, надо окно прикрыть». Моя же сразу в оппозицию: «Намекаете, что я раму открыла, чтобы свекровь простудить? Имею планы вас в больницу упечь?» Я прекрасно отношусь к Марфе, но не страдаю приступами обезьяньей любви к дочери.
Марфе требуется крепкая рука, нельзя кормить ее одними пряниками. Девочку необходимо держать в строгости.
– Она мне жаловалась на отсутствие хорошей одежды, – сказала я.
Михаил показал пальцем на красивые туфельки, стоявшие у шкафа с верхней одеждой:
– Это же обувь Марфы?
– Да, – подтвердила я, – девочка сняла их перед тем, как войти в дом, она аккуратная.
– Только в гостях, – поморщился Михаил.
