Во второй раз! В первый она Верку в ресторане «Лермонтов» с этим украшением заметила и компот ей на башку вылила. Угарно!
– Хватит долгие рассказы плести, – воскликнул Геннадий Борисович, – суть дела выкладывай. Издалека заезжаешь.
– Нет, нет, – остановила я бизнесмена, – пусть девочка говорит то, что считает нужным.
Марфа выпила остывший чай и продолжила.
Катя еще пару раз брала Демидову с собой, а потом сказала:
– Теперь сама пиарься. Ходи по тусне, крутись.
– Как мне в город ночью попасть? – растерялась Демидова.
– Машины нет, да и водить я не умею.
Катя скорчила гримасу.
– Про такси слышала? Пусть драйверюга у шлагбаума ждет, добежишь туда, и в путь. Приваливай сегодня в «Брикс», там классно. Оторвемся.
– Можно с вами отправиться? – попросила Марфа.
– Обнаглела совсем? – фыркнула подруга. – Один раз человеку помочь можно, ну два, три, и хватит. Я не нанималась вечно тебя опекать. А если постоянно буду тебя с собой таскать, что мне за твою раскрутку будет?
– Мм… мы же подруги, – пролепетала Марфа.
– Это что, повод мне на шею сесть и ноги свесить? – разозлилась Федорова. – Досвидос! Приваливай в «Брикс».
Марфа с трудом сдержала слезы. Удивительный праздник заканчивается, едва начавшись. Ей никак не попасть в город, у нее нет денег. Марфа изо всех сил старалась не зарыдать, и вдруг ее осенило: баблосы можно утащить у дяди. Почему именно у Геннадия Борисовича? Он богатый, содержит всю семью, не считает купюр в кошельке, не знает, сколько там налички. А вот если у родителей Марфы стибрить тысчонку, предки вой поднимут.
Демидов стукнул кулаком по столу.
– Короче! Дарью не интересует, почему ты решила у меня в портмоне пошуровать. Воровка залезла в кошелек, который я, наивно полагавший, что в родном доме засады ждать не приходится, спокойно у вешалки оставлял. Рассказывай, что ты сотворила. Телеграфным стилем.
– Каким? – жалобно пропищала школьница.
– Коротко, четко, ясно, – отрезал Геннадий Борисович.
Марфа схватила висящий на спинке кресла плед и закуталась в него.
– Я открыла портфель дяди. Увидела портмоне и коробочку. Мне стало интересно, что в ней. Подняла крышку, внутри лежал медальон, из‑за которого Вика с Верой дрались. Я его сразу узнала, потому что Федорова фотку показала. Взяла из кошелька пять тысяч. Вернулась в столовую. Пока предков не было, включила телик, канал «Желтуха», там его владелец Кирилл рассказывал про свою работу: «Надо постоянно удивлять читателя, это очень трудно.
