– Уже лечу, – крикнула Людмила. – Не вовремя люди притопали, бланшетка опадет! Надо же было притащиться, когда я ее яичным белком обмазываю.
– Занимайтесь пирогом, – сказала я, пошла в холл, открыла дверь и увидела Марфу с распухшим носом. За девочкой возвышался Геннадий Борисович с огромной коробкой швейцарского шоколада в руках.
– Вам худеть не надо, можете со спокойной совестью лакомиться чем угодно, – сказал бизнесмен, подавая мне конфеты. – В России такие не купить, прямиком из Женевы прилетели.
Можно зайти? Марфа хочет вам кое-что сказать.
Если гость принес сладкое, правила приличия требуют позвать его к столу. Вести светскую беседу не хотелось, но куда деваться?"
"– С удовольствием угощу вас чаем. Не против устроиться на веранде? Погода теплая, совсем не майская, – предложила я.
– Да, да, – подхватил Геннадий, – сегодня просто июль на дворе.
– Зато зима удалась, сначала, правда, была теплой, а потом снегом засыпало, – поддержала я светскую беседу.
Разговаривая ни о чем, мы уселись за круглый плетеный стол, я открыла коробку подаренных конфет, восхитилась их видом и ароматом.
Люся наполнила чашки, не пролив ни капли. Геннадий взял ложечку, положил сахар, и повисла тишина. Животрепещущая тема вечно плохой, даже если она хорошая, московской погоды иссякла.
– Думаю, пора перейти к основной части нашего визита, – объявил Геннадий Борисович. – Марфа!
– Да, дяденька, – шмыгнула распухшим носом та.
– Начинай, – велел Демидов.
Девочка всхлипнула.
– Катька придумала, а мне расхлебывать.
– Не канючь, – оборвал ее Геннадий. – Если нагадила, будь готова, что придется отвечать. Хочешь в закрытый пансион попасть? Для детей с уголовными наклонностями?
– Нет, нет, нет, – затряслась Марфа, – туда не хочу.
– Послушаю, как ты перед соседкой повинишься, и решу, оставлять тебя дома или на перевоспитание отправить, – прорычал Геннадий.
Марфа вскочила и начала рассказ. Девочка говорила путано, иногда из ее рта привычно выскакивали грубые слова.
Тогда она опускала голову и извинялась за нецензурщину. В конце концов у меня сложилась ясная картина произошедшего.
До покупки особняка в Ложкине Демидовы жили в поселке Калина, расположенном неподалеку. Марфа и ее брат Никита ходят в школу, которая находится вблизи Калины, туда ездят дети со всей округи. Катя Федорова учится вместе с Марфой. После переезда в Ложкино дети Демидовых не поменяли гимназию, никакой необходимости в этом не было.
