Он не очень понимал, что пытался разглядеть: намёк на беспричинную жестокость, с которой столкнулся в среду, или же весёлую, циничную отстранённость, с которой Миниярд проходил весь прошлый семестр. Он не нашёл ни того, ни другого. Казалось, что сейчас Эндрю находился за тысячу километров отсюда, абсолютно невозмутимый и беспристрастный.
На правом плече Нейла красовался бледный шрам от ожога – последствие встречи с раскалённым утюгом. Эндрю приложил к нему руку, кончиками пальцев перекрывая небольшие выпуклости, оставшиеся от дырочек на утюге.
Его большой палец опустился на неровный рваный полукруг, появившийся в результате пулевого ранения. После того случая Нейл спал в бронежилете почти месяц, будучи слишком напуганным, чтобы снимать его даже ночью. Мать заставила износить жилет практически в труху, прежде чем позволила снять.
— Кто-то стрелял в тебя, — без тени удивления заметил Эндрю.
— Я говорил, что меня преследуют.
— Это, — Миниярд сильнее впился пальцами в след от ожога, — не от жизни в бегах.
"
"— Это подарок отца. Люди приходили с вопросами о его работе. Я ничего не говорил, но, видимо, сидел недостаточно спокойно. Едва они ушли, он ударил меня утюгом. Именно поэтому я сказал тебе «Абрам», — напомнил Нейл. — Я не хотел называть его личное имя, потому что не хочу, чтобы кто-либо называл меня так. Я ненавидел его.
Эндрю надолго замолчал, а затем опустил руку на белёсые тонкие линии, пересекающие живот Нейла.
— Рене сказала, что ты отказался от ножей. Человек, притягивающий убийц с такой чудовищной силой, не должен разгуливать безоружным.
— Я не безоружен. Я думал, ты приглядываешь за мной в этом году.
Эндрю вновь посмотрел на него, выражение лица оставалось абсолютно нечитаемым. Он ничего не сказал, поэтому Нейл продолжил:
— Ты ведь не социопат, правда?
— Я никогда этого и не утверждал.
— Но ты позволяешь другим так считать. Ты мог бы их поправить.
Эндрю отмахнулся.
— Меня не волнует, что другие люди думают обо мне.
— А тренер знает?
— Конечно же знает.
— Тогда твои препараты.
.? — задумался Нейл. — Они ведь были настоящими нейролептиками?
— Ты задаёшь слишком много вопросов, — сказал Миниярд, оставив Нейла переодеваться в одиночестве.
Когда Джостен закончил, он нашёл братьев в коридоре на этаже. Едва заметив Нейла, Николас широко улыбнулся, очевидно одобряя выбор новой одежды. Аарон даже не удосужился посмотреть в его сторону. Кевин быстро проверил, не смазался ли кропотливый труд Элисон, однако так ничего и не сказал.
