Когда она ушла, Рене подошла и села возле Нейла, достаточно близко, чтобы молчание не казалось неловким, но при этом достаточно далеко, чтобы не вторгаться в личное пространство.
— Что я вчера сказал? — наконец сформулировал Нейл. — Почему ты так отреагировала?
Рене практически сразу поняла, о чём речь.
— Ты о ножах? — Когда Нейл кивнул, она перевернула руки, вперившись взглядом в ладони. — Помнишь, я говорила, что была в банде? Там был человек, который из кожи вон лез, чтобы навредить мне. Он очень любил ножи и всегда носил их с собой.
Я не могла защищаться обычными методами, поэтому тоже научилась драться на ножах. Тренировалась почти год, прежде чем мне удалось победить его.
— Победить… — повторила Уокер, пытаясь подобрать более подходящее слово, а потом пояснила: — Он не пережил драку. Босс помог решить вопрос с телом, мы повесили его на конкурентов, и меня повысили. Я хранила ножи у себя во время судебного процесса и удочерения. Хотела помнить, на какое зло я способна… на какое зло я готова была пойти ради выживания.
— Ты сделала то, что должна была, — задумался Нейл. — Если бы он выжил, то вернулся бы за тобой.
— Знаю, — тихо согласилась Рене. — Были и другие девушки до того, как я попалась ему на глаза; другие могли бы быть и после меня. Но я сделала это не из благих намерений. Я сделала это ради себя, потому что он причинял зло лично мне. Я не хотела больше бояться его. Сожалею о том, в кого я превратилась сильнее, чем о его смерти в принципе. Я не чувствовала ни ужаса, ни страха, когда он умирал прямо у меня на глазах.
Тогда я гордилась тем, что сделала с ним. И я рассказала об этом Эндрю. На следующий день во время занятий он пробрался в мою комнату и забрал ножи. Когда я попросила вернуть их, он сказал, что я обманываю саму себя. Что, если бы я по-настоящему хотела забыть, то не стала бы хранить их в шкафу как какой-то позорный секрет, который не могу ни принять, ни отпустить. Они делали мне только хуже, поэтому Эндрю пообещал, что будет хранить их у себя, пока они мне не понадобятся.
Я позволила ему забрать ножи, потому что поверила, что он не станет использовать их по назначению. Думаю, он понимает, чем они на самом деле являются: не оружием, а символом того, что мы оба пережили. Я не спрашивала, зачем ему это. Я знала, что, если бы он хотел, чтобы я знала, то рассказал бы.
Самым простым и очевидным ответом был Дрейк, но это не совсем правильно вписывалось в общую картину, что-то не складывалось.
