– Это миссис Блэк и её муж, американский посол, – тихо сказал он с жёстким выражением лица. – Я понятия не имел, что они будут присутствовать.
Понимая, что вопрос личный, Хелен поспешно отвернулась и завела разговор с мужем."
"– Конечно же, ты не знал, – пробормотала Пандора, заметив, как на сжатой челюсти Габриэля пульсирует крошечная жилка. Её муж, всегда такой спокойный и уверенный в себе, был на грани потери самообладания прямо посреди Королевского театра.
– Хочешь уйти? – мрачно предложил он.
– Конечно нет, я хочу посмотреть спектакль.
– Пандора скорее бы умерла, прежде чем порадовала его бывшую любовницу и покинула театр. Она выглянула из-за плеча Габриэля и увидела, что миссис Блэк продолжает буравить её обиженным взглядом. Ради бога, муж этой женщины сидел с ней рядом. Почему он не велел ей прекратить устраивать сцену на людях? Мелкая драма теперь начала привлекать внимание других зрителей, которые сидели в бельэтаже, и некоторых в ложах.
Должно быть, Габриэлю это напоминало кошмарный сон, ведь всю жизнь каждое его достижение или ошибку рассматривали под микроскопом.
Он всегда старательно оберегал свою личную жизнь и сохранял непроницаемый фасад. Но, по-видимому, миссис Блэк намеревалась дать понять большей части лондонского общества и супруге Габриэля, что они были любовниками. Пандора знала насколько он стыдится отношений с чужой женой... А теперь это выставлялось напоказ... У неё болело сердце за мужа.
– Она не может нам навредить, – мягко сказала Пандора. – Пусть пялится, пока у неё глаза не вылезут, и это ни в коей мере меня не побеспокоит.
– Это больше никогда не повторится. Я пойду к ней завтра и скажу...
– Нет, не смей. Я уверена, что миссис Блэк была бы крайне рада твоему визиту. Но я запрещаю.
Глаза Габриэля опасно сверкнули холодом.
– Запрещаешь?
Вполне возможно, что никто и никогда не говорил ему раньше таких слов. Конечно же, они пришлось Габриэлю не по нраву.
Пандора коснулась его лица рукой в перчатке, нежно погладив по щеке. Она знала, что публичные проявления любви, даже между мужем и женой, считались крайне неуместными, но на данный момент всё, что имело значение, это его спокойствие.
– Да. Потому что теперь ты мой, – она едва улыбнулась, глядя ему в глаза. – Весь мой, и я не собираюсь делиться. Ей не позволено занять даже пяти минут твоего времени.
К её облегчению, Габриэль сделал медленный вдох и, казалось, расслабился.
– Ты моя жена, – тихо сказал он, ловя ладонь Пандоры, когда она начала её опускать.
