Достаточно ли я значу для нее?
Вернется ли она к нему?
Хотела ли она вернуться к нему?
Хочет ли она вообще быть со мной?
Эти четыре вопроса поглощают меня, ослепляют, крутясь в голове снова и снова, пока я наблюдаю за девушкой, в которую по уши влюблен, с другим мужчиной. И я должен сесть в самолет, улететь из Чикаго и молиться, чтобы я был ей нужен.
* * *
До аэропорта двадцать минут езды, и я даю ей столько времени, прежде чем позвонить.
— Привет, — говорит она, сглатывая.
И я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она подавляет эмоции.
— Ты в порядке?
Выйдя из автобуса, я задерживаюсь у траппа, пока остальные ребята садятся в самолет.
Рыдание вырывается из ее груди.
— Да.
— Инди, — я закрываю глаза, вздыхая. — Черт.
Мне не только неприятно слышать, как она плачет, но и незнание точной причины съедаете слез меня заживо.
Проводя рукой по голове, я расхаживаю по расчищенному асфальту и прислушиваюсь к ее прерывистому дыханию и шмыганью носом.
Наконец, она говорит:
— Я в порядке, Райан.
В ее словах есть резкость, и я не уверен, хочет ли она, чтобы я оставил ее в покое, или просто пытается казаться равнодушной.
На линии сохраняется напряжение.
— Он хочет, чтобы ты вернулась?
Она не отвечает, и мое сердце замирает от ее оглушительного молчания.
— Что именно он сказал?
— Это не имеет значения.
— Как это может не иметь значения, Инд? Очевидно, что это важно для тебя. Ты расстроена.
— Я перевариваю информацию. Мы были вместе так долго.
Блядь. Все это не то, что я хотел услышать, но я не уверен, чего ожидал.
Неужели я действительно думал, что она ответит на звонок и скажет мне, что послала его к черту, или что он вообще не повлиял на нее?
Инди очень чувствительна. Поначалу это меня оттолкнуло, но в конечном итоге именно это заставило меня так сильно влюбиться в нее — ее открытость чувствам. Конечно, этот разговор повлиял бы на нее. Она не была бы собой, если бы этого не произошло.
Но мне нужно, чтобы она сказала мне, что между нами ничего не изменилось, и очевидно, она не может.
— Шей, поехали! — кричит один из сотрудников команды с верхней площадки трапа самолета.
— Блу… — начинаю я, но не могу подобрать слов.
Мне нужно сказать ей, как сильно я ее хочу. Мне нужно сказать ей, что я могу дать ей ту жизнь, о которой она всегда мечтала, если она мне позволит. Мне нужно сказать ей что-нибудь, что заставит ее забыть об этом гребаном разговоре с парнем, который ничего не сделал, но заставил ее почувствовать себя неправильной.
