Сделай это сама.
Каждая фраза, которую я отрепетировал, звучала именно так… отрепетировано.
План, который я придумал, был прост: «Я приготовлю для тебя запасной ключ», прежде чем отправиться в свою комнату, где я мог бы побыть наедине.
Но потом я увидел, как она стоит босиком посреди моей гостиной, одетая в толстовку такого размера, что я до сих пор не уверен, что под ней что-то есть. Ее светлые волосы были заплетены в косу, ниспадающую на плечо, но большая часть прядей была выбита в растрепанном беспорядке.
Ее карие глаза были мягче, чем я помню, и это просто взбесило меня."
"Всю ночь напролет мои товарищи по команде насмехались надо мной по поводу ее переезда. Они встречались с ней однажды, около пяти месяцев назад, и я думал, что неизгладимое впечатление, которое она произвела на них, было связано с тем, что в ту ночь ее вырвало прямо на мои туфли. Но, к сожалению, единственное воспоминание, которое у них осталось о ней, — это то, что она была чертовски красивой.
Я знал, что она хорошенькая. Я не слепой, но она не могла быть такой красивой, какой они ее помнили. Я был уверен, что они разыгрывали это в своих мыслях.
Но нет.
Я вошел в квартиру и понял свою ошибку. Они были правы — она сногсшибательна, и я ненавижу это.
Меня нелегко отвлечь, но, если кто и оказался способен это сделать, так это она.
Я не могу допустить, чтобы кто-то вроде нее жил здесь. Я не хочу, чтобы здесь кто-то жил.
Мне нужно мое личное пространство. Эта квартира — моя единственная передышка от внешнего давления. Мне нужно сосредоточиться на моем первом сезоне в качестве капитана, и я не знаю, как я смогу это сделать, когда моя соседка по комнате выглядит так, словно только что сошла с пляжа: с ее загорелыми ногами, золотистыми волосами и яркой одеждой, разбросанной по полу моей квартиры.
К черту это. Мне нужно сходить в спортзал.
Может быть, я был бы немного спокойнее, если бы у меня была минутка расслабиться и подготовиться к возвращению домой к новой соседке, но сегодня вечером у меня не было ни одной спокойной минуты.
За мной наблюдали, и поэтому я был на взводе каждую минуту.
Обычно на меня смотрят фанаты и репортеры, наблюдающие за каждым моим движением, но с тех пор, как я получил повышение, Рон Морган — генеральный менеджер команды, наблюдает за мной с большим презрением, чем обычно.
