И хотя я никогда не чувствовала ничего подобного раньше, я прекрасно понимала, что покалывающие толчки удовольствия, пробегающие по мне каждый раз, когда Джонни прижимался ко мне бедрами, были небольшим обещанием удовольствия.
О боже, я могу кончить, внезапная мысль ожила в моем сознании, заставляя меня застонать ему в рот и ободряюще покачать бедрами, я думаю, что он заставит меня кончить.
Упиваясь ощущением того, что я придавлена к нему, и затуманенная похотью, я просунула руку между нашими телами и коснулась спереди его школьных брюк, вздрогнув, когда моя рука соприкоснулась с его эрекцией.
— Не надо, детка, — простонал Джонни мне в рот, отводя мою руку и удерживая ее над моей головой. — Или я его потеряю.
— Тебе больно? — выдохнула я, задыхаясь напротив его губ. — Тебе больно?
— Ты убиваешь меня, Шэн, — простонал Джонни и уткнулся лицом мне в шею. — Черт, детка. — Покусывая и посасывая мою плоть, он проложил дорожку поцелуев от ключицы к губам, прежде чем снова просунуть язык мне в рот.
Я не могла этого вынести.
Я, честно говоря, не могла.
Отчаянно желая большего, я скользнула руками под его школьную рубашку и вцепилась в упругую, подернутую рябью кожу под ней. Мои пальцы на его животе что-то сделали с Джонни, потому что он вжал меня глубже в матрас, сильнее прижимаясь ко мне. Рука, которой он прижимал мою, переместилась к моей ноге.
Обхватив ладонью мясистую часть моего бедра, он поднял мою ногу выше и прижался ко мне бедрами. Его пальцы впились в мою кожу так сильно, что я почувствовала, как порвались мои колготки, но мне было все равно.
Он мог разорвать их в клочья, и я бы не остановила его. Двигаясь выше, я почувствовала, как кончики его пальцев коснулись края моих трусиков. Он колебался, и мне захотелось заплакать. Расстроенная, я зацепила пальцами его пояс и сильно потянула. Это была вся поддержка, в которой он нуждался; его рука скользнула мне за спину, чтобы обхватить мою задницу, сжимая и притягивая меня ближе к нему, пока он продолжал тереться об меня.
Где-то в глубине души я понимала, что это совершенно неуместно — валяться на кровати моей лучшей подруги со своим парнем, но мой мозг мог сосредоточиться только на слове парень.
Все остальное в этот момент было несущественно, потому что Джонни был моим парнем, и мой парень держал меня на спине, заставляя мое тело дрожать. Это было единственное мужское прикосновение, которое я когда-либо приветствовала. Он был большим и мужественным и использовал всю свою силу, чтобы мне было хорошо.
