Они явно спорили друг с другом, и между ними, на несколько дюймов ближе к земле, стояла Шэннон.
Мое сердце бешено заколотилось о грудную клетку, и я воспользовался моментом, чтобы просто насладиться ее видом. Она дергала их за рукава, оттаскивая от арки, выглядя взволнованной и с широко раскрытыми глазами. Как только она скрылась из виду, мой мозг включился, и мои ноги пришли в движение.
29
СТОЛ ДЛЯ РЕГБИ
ШЭННОН
— Шэннон? — спросили меня. Голос Лиззи Янг звучал у меня в ушах, когда я сидела на унитазе с закрытой крышкой в одной из кабинок женской раздевалки в физкультурном зале с недоеденным сэндвичем на коленях.
— Ты здесь?
Этим утром я пропустила математику. На самом деле, я пропустила все шесть занятий перед большим обедом. Этим утром я дошла до двери класса, я даже положила руку на дверную ручку, но я просто не могла заставить себя зайти внутрь и встретиться со всеми лицом к лицу."
"Я просто не могла этого сделать.
Сначала я подумывала о том, чтобы совсем бросить школу и отправиться домой, но когда я добралась до главных входных ворот, у меня случился приступ безжалостной паники, и лицо моего отца было на первом плане моих страданий.
Развернувшись на каблуках, я поспешила укрыться от дождя в физкультурный зал и с тех пор оттуда не выходила.
— Эй, — произнес голос откуда-то сверху, заставив меня чуть не выпрыгнуть из собственной кожи.
— О боже мой! — воскликнула я. Подняв взгляд, я увидела Лиззи, которая перегнулась через перегородку кабинки со слегка удивленным выражением лица.
— Лиззи, ты чуть не довела меня до сердечного приступа.
Она выгнула изящно выщипанную бровь. — Там внизу уютно?
— Шэн! — Лицо Клэр появилось с другой стороны перегородки. — Что ты здесь делаешь?
— Прячусь, — призналась я, покраснев.
— От чего?
— От школы, — сказала я с усталым вздохом, вставая и отпирая дверь. — Людей в ней. — Выйдя из кабинки, я подошла к раковинам, прислонилась к одной из холодных фарфоровых раковин и вздохнула. — От жизни.
— Ну, это дерьмовый поступок, — парировала Лиззи.
Спрыгнув с унитаза, на котором балансировала, она вытерла руки о школьную юбку и направилась ко мне. Ее темно-русые волосы были собраны сзади в строгий пучок, а губы накрашены ало-красным цветом, что делало ее еще красивее, чем обычно. — Мы до смерти волновались за тебя, — добавила она, прежде чем заключить меня в объятия. — Ты маленькая дурочка.
— Это правда, — предположила Клэр, слезая с унитаза, на котором она стояла.
