— Но я — плохая идея для тебя, Джонни, — ответила я дрожащим голосом, нуждаясь в том, чтобы он услышал меня, давая ему выход, на который, будь у него здравый смысл, он бы пошел. — Я доставляю много хлопот.
— Мне нравятся твои проблемы, — парировал он, подходя ближе.
— Моя жизнь сложна.
— Мне нужны твои осложнения.
У меня перехватило дыхание. — Правда?
Он медленно кивнул. — Ты спросила меня, чего я хочу? Есть много всего, но в двух словах, я просто хочу тебя. — Пожав плечами, он добавил: — И я вроде как надеюсь, что ты собираешься сказать, что тоже хочешь меня? — Он нервно рассмеялся.
— Или же я только что выставил себя полным идиотом посреди школьного коридора…
— Я отвечаю тебе тем же, — выпалила я, а затем съежилась. — Ты тоже. — Покачав головой, я выдохнула и попробовала снова. — Я тоже тебя хочу.
— Да? — Он просиял, с облегчением опустив плечи. — Спасибо, черт возьми, за это.
— И я скучала по тебе, — я выдавила слова, вытесняя их из своей головы в его, потому что, по крайней мере, мне нужно было, чтобы он знал, что я скучала по нему.
— Ужасно, — добавила я, предлагая ему еще одну порцию доверия. — Очень сильно
— Да. — Крепче сжав мой локоть, Джонни притянул меня ближе, пока я не оказалась вплотную к нему. — Насколько?
— Чертовски сильно, — прошептала я.
— Чертовски, блядь, сильно? — Ухмыльнувшись, он склонил голову набок. — Звучит опасно.
— Так и есть. — Я с готовностью кивнула. — Очень.
Ухмыльнувшись, Джонни опустил лицо, сокращая расстояние между нами. — Думаю, я рискну, — прошептал он, а затем коснулся своими губами моих.
Один раз, легко, как перышко, второй, чуть тверже, а потом… о боже.
Его язык проник в мой рот, поглаживая мой, и у меня перехватило дыхание, веки затрепетали и закрылись.
Мои руки взметнулись сами по себе, пальцы вцепились в его темно-синий школьный джемпер, когда я поцеловала его в ответ, вложив в поцелуй все, что было во мне. Что бы у меня ни было в этот момент, я отдала все это ему, не в силах и не желая сдерживать рвущиеся из меня чувства, которые были направлены исключительно на него.
Я знала, что люди могли видеть нас, мы стояли посреди коридора с его товарищами по команде менее чем в десяти футах от нас, но мне просто было уже все равно. Я слышала, как прозвенел звонок на урок, я слышала голоса вокруг нас, люди выкрикивали его имя и свистели по-волчьи, но я не могла найти в себе силы воли, чтобы оторваться. Я не могла найти в своем сердце повода для беспокойства.
