43
ФЭРРОУ
Фэрроу:
У нас прорыв в отношении завещания отца.
Фэрроу:
Я точно смогу оспорить его.
Фэрроу:
Ари?
Фэрроу:
Ты там?
Фэрроу:
Ты уволена как мой лучший друг.
Фэрроу:
Ладно, нет.
Фэрроу:
Но вернись.
Ты мне нужна.
44
ФЭРРОУ
Через два дня после своего дня рождения я вернулась к мытью унитазов и протиранию окон.
Мои колени скребли по кафелю ванной комнаты в гостевой комнате Зака, когда я заливала отбеливатель в унитаз, которым никто не пользовался по меньшей мере десять лет. Химия жгла мне нос и жгли глаза.
Зак бродил по дому, словно взбесившийся фантом, лаял приказы и отбрасывал мрачную, грозную тень на Натали и остальных сотрудников.
С утра он не делал никакой работы, вместо этого заглядывал в разные комнаты, между которыми я порхала, и требовал рассказать, что я хочу съесть на обед, какие у меня планы на послерабочее время и можно ли провести время вместе.
Я полагала, что ""провести время вместе"" — это код для того, чтобы тереться гениталиями до тех пор, пока не вспыхнет огонь.
К своему стыду я не находила такую перспективу слишком пугающей. Да, он был помолвлен, но я читала толстый контракт с Эйлин на его столе.
Ни один из них не хотел жить в одной комнате, прикасаться друг к другу или даже сожительствовать в одном штате. Я даже была посвящена в их разговоры.
Они были похожи на престарелых братьев и сестер, которые с трудом терпят друг друга из-за взаимного интереса к разделу жирного наследства.
И все же что-то елозило в моих внутренних органах, пожирая меня изнутри и снаружи, по одному кусочку за раз.
Я поменяла отбеливатель на пчелиный воск и чистящие салфетки и перешла к деревянным шкафам.
Позади меня со скрипом открылась дверь. Я вытерла локтем вспотевший лоб, не удосужившись взглянуть на незваного гостя.
— Я уже говорила тебе… Я хочу на обед сырные шарики с макаронами и бургер. — Я вздохнула. — Да, я знаю, что мне не пять. Нет, я не хочу…
— Поднимай свою задницу, Золушка. Мы уходим отсюда.
Я повернула голову и увидела, что в дверном проеме стоит Даллас, одетая в огромное пальто из искусственного леопарда, розовую ковбойскую шляпу, солнцезащитные очки с бриллиантами и макияж, достаточный для того, чтобы перекрасить Сикстинскую капеллу.
Она выглядела… не в себе.
Но при этом была чертовски очаровательна.
Я все еще стояла на коленях, стараясь не получить эпилептический приступ от одного только ее вида.
— Что ты здесь делаешь?
— Мы будем праздновать твой день рождения, глупышка.
