— Только девушек из соседнего дома.
Эли поднимают брови.
— Девушки по соседству? Как зайки из «Плейбоя»?
Думаю, да. Они не склонны надевать много одежды, когда приглашают себя в гости.
— Типа того.
Он ударяется головой о стол и стонет.
— Пожалуйста, скажи мне, что ты шутишь.
— Я ничего не могу поделать, если дом, в котором мы живем, окружен одинокими девушками. Мы в университетском городке.
— Но ты ни с кем из них не встречаешься? Или не спишь с кем-нибудь из них?
— Нет. — Пока нет… но я могу сказать, что позволил бы одной из них почесать зуд, если бы он у меня возник.
— Ясно. — Элиас кивает. Откидывается назад и складывает руки на груди, крутясь на своем стуле. — Если тебе доведется встретить кого-нибудь симпатичного и приземленного, подумай о том, что я сказал.
Я киваю.
— Конечно.
Нет.
— Я серьезно. Это может тебе помочь.
— Ага. Понял.
Нет.
Вот только…"
"После того, как отключаю видеочат и запрыгиваю в душ, мои мысли возвращаются к Райан Уинтерс и выражению ее лица, когда застал ее врасплох возле ее работы.
Вероятно, это было неподходящее время, но как еще, черт возьми, я должен был найти время, чтобы сделать это?
Райан Уинтерс.
Возненавидела меня до глубины души.
И это нормально. Я не стремлюсь расширить свой фан-клуб.
Я оказывал услугу своему товарищу по команде, кто мог винить меня за это? Господи, это был мой долг — прекратить эти отношения. Кто встречается с кем-то и не трахается с ним?
Я оказал услугу Райан.
Она поблагодарит меня позже.
— Эй, придурок, что хочешь на ужин? Пиццу или курицу?
Мой младший брат Дрейк прислонился к дверному косяку, его огромный торс заполнил всю раму.
— Мне все равно. Решай сам.
Он стоит там немного дольше, чем нужно, оценивая меня.
— Что случилось?
— Ничего.
Слишком поздно. Он уже почувствовал мою меланхолию и врывается внутрь, бросаясь своим массивным телом на мою кровать.
— Эй, помнешь покрывала! — жалуюсь я, возвращая их на место, желая навести порядок.
— Говоришь так, будто у тебя месячные. Что происходит?
— Ничего не происходит.
— Зачем мы утруждаем себя этими танцами с бубнами? Просто выплюнь это, чтобы мы могли поесть.
Я вздыхаю так громко, как никогда не вздыхал.
— Это был долгий день, вот и все.
— В каком смысле?
Господи, почему он устраивает мне допрос с пристрастием? Меня сводит с ума, когда тот цепляется за что-то и не хочет отпускать. В данном случае выпытывает у меня информацию.
Я решаю быть честным.
— Ты знаешь Диего Лоренцо, да?
Он кивает.
