Когда я стояла сегодня там на холоде, то поняла, что ни разу не поставила себя на твое место. Я не подумала о том, что ты почувствовал, когда эта дурацкая фотография разлетелась по всем новостям.
Настала моя очередь сказать:
— Человеком, который больше всего расстроился из-за этого, была моя мама.
В этот раз СМИ задели за живое.
— Она просто решила, что я кусок дерьма. — Мама не произнесла этих слов, но то, как она говорила, должно быть, было вызвано чувствами к моему отцу, который не мог держать член в штанах.
— Прости.
— Не извиняйся передо мной. Это была не твоя вина. Это Тифф… — Я сделал паузу, размышляя. — Поправка: это даже не вина Тиффани. Да, она сыграла свою роль в этом, но это СМИ и их денежная машина раздувают слухи, чтобы нажиться.
— И все же… я злилась на тебя, а ты не сделал ничего плохого.
Может быть, я и не изменял ей, но есть вещи, которые я с самого начала мог бы изменить, чтобы ситуация не возникла. Например, с самого начала запретить соседским девочкам приходить в наш дом, зная, что их присутствие не идет на пользу моим братьям или моим начинающимся отношениям с Райан.
Я знал, что они гадюки, и был прав.
С другой стороны, змеи обычно находят путь туда, где их не ждут; они хитрые и тихие, и именно так действует такие, как Тиффани.
Урок усвоен.
— Ты не знала, что я не сделал ничего плохого. — Я прочищаю горло. — Нелегко привыкнуть к тому, что все смотрят и совершенно незнакомые люди лезут в твои дела.
Она кивает.
— Это мягко сказано.
— Я, эм, слышал от Дюка, что Поузи звонила тебе.
Как все прошло? — Не уверен, стоит ли мне извиниться и за это?"
"— Вообще-то, она действительно пролила свет на то, как все это работает. — Райан жестом обводит комнату, взгляд снова останавливается на мне. — По сути, она дала мне понять, что для того, чтобы не обращать внимание на мнение окружающих, я должна действительно хотеть встречаться с тобой… И знать, что проблемы стоят награды.
Проблемы стоят награды.
Мне это нравится.
Никогда не слышал, чтобы так говорили.
— Значит, я и есть проблема?
Она кивает, прикусив нижнюю губу.
— Думаю, да.
— И ты решила, что я того стою? — И поэтому она стояла на холоде, на парковке?
Она снова кивает.
Я раздвигаю ноги, протягиваю руки, приглашая ее сделать шаг вперед в мои объятия.
Обнимаю ее, утыкаясь носом между ее грудей, в пухлую ткань ее куртки, желая, чтобы девушка сняла ее и осталась на некоторое время.
Откидываюсь назад, чтобы расстегнуть молнию.
