Даллас ухмыляется.
— Неужели так трудно сказать, что ты запала на меня?
— Запала? — повторяю я, в моем тоне слышится легкое возмущение. — Я никогда не говорила, что запала на тебя.
То есть, да, я совершенно точно на него запала.
Какая теплокровная молодая женщина осталась бы равнодушной?
Даллас фыркает.
— Ты только что сказала, что хочешь взвалить все это на себя.
— Сказала.
— И ты больше ничего не собираешься говорить? Просто собираешься замолчать и оставить меня в догадках?
Одного южного акцента достаточно, чтобы я растаяла; ухмылка только усиливает дрожь, пробегающую по моему позвоночнику.
— Могу я быть честной?
— Пожалуйста.
— Я понятия не имею, зачем я тебе все это говорю, — признаюсь я, и румянец проступает на моих щеках.
— Дорогая, ты мне до сих пор ничего не сказала.
Дорогая.
Это первый раз, когда он назвал меня дорогой, и я не испытываю отвращения к этому ласковому слову. Я бы не вытолкнула его из постели, если бы он случайно простонал это, когда кончал, но это уже забегание вперед.
— Райан, ты пытаешься сказать мне, что хочешь закончить наш пиар-трюк?
Нет?
Да.
Нет.
Я в панике. С одной стороны, если я скажу «да», то он может подумать, что я вообще не хочу его видеть. С другой стороны, если скажу «нет», он может подумать, что я хочу продолжать притворяться.
— Райан… ты паникуешь.
— Нет.
— Да. Я вижу это в твоих глазах. — Он тянется ко мне и берет мои руки. — Эй, если это то, чего ты хочешь, тогда… давай сделаем это.
— Что сделаем?
— Перестанем притворяться.
Мои плечи только что поникли от разочарования? Поражения?
Средним и указательным пальцами Даллас касается моего подбородка, приподнимая его.
— Эй. Посмотри на меня.
Я не могу.
Не могу смотреть ему в глаза, боясь того, что могу увидеть.
— Давай попробуем.
Я поднимаю взгляд. Поднимаю брови.
— Да, — он кивает. — Я в игре.
— Мы говорим об одном и том же?
— Кто может быть уверен? Ты не хочешь говорить то, что думаешь! — Он смеется. — Что творится в твоей хорошенько головке?
— Ты хочешь попробовать… это? Нас? — Боже мой, я сказала это.
Я ПРОИЗНЕСЛА ЭТИ СЛОВА.
Нас.
— Да, нас. Ты видишь здесь еще кого-нибудь?
Я качаю головой.
— Давай сделаем это.
И снова я краснею от своих слов, от бравады, которой не чувствую.
Но когда Даллас закрывает расстояние между нашими телами и опускает свой рот на мой, я вздыхаю, счастливая и довольная, мои нервы покалывает, когда я раздвигаю губы, чтобы его язык мог проскользнуть внутрь.
