Мой рот открывается, а руки замирают, неподвижно лежа на его коже.
Неужели он прав? Неужели я возвела стены, потому что жду, что появится парень, который будет относиться ко мне как к пустому месту, как это делал Диего?
А я-то думала, что все было наоборот. Я думала, что Даллас — это тот, кто всегда настороже, ожидая, что люди будут использовать его.
— Похоже, это у нас общее.
Он согласен с моими чувствами.
Я снова разминаю его спину, руками скольжу вниз по бицепсам, затем снова вверх, массируя, но и чувствуя его, если быть честной, тепло его тела согревает мои ладони.
Такое твердое.
Такое подтянутое.
Невероятно.
Я никогда раньше не испытывала благоговейного трепета перед мужским телом. Никогда не видела ничего подобного лично и не прикасалась к нему.
— Что там происходит? — громыхает Даллас.
Я не осознавала, что двигала руками в том же направлении, вверх и вниз по его рукам, пока он не заговорил, и краснею до кончиков пальцев на ногах.
— Прости.
Где-то в глубине моего мозга я слышу, как Бреннон по телевизору кричит, чтобы проверили, не использует ли другой пекарь шоковую заморозку.
Другая часть моего мозга хочет переместить руки на переднюю часть тела Далласа и провести ими по его грудным мышцам.
Парень не снимал рубашку в прошлый раз, когда мы были вместе наедине.
Теперь он практически голый, за исключением халата на талии, единственной прикрытой части его тела.
— Поменяемся?
Я машинально киваю.
— Хорошо.
Глава 26
Даллас
«Никогда не совершай одну и ту же ошибку дважды. Если только она не горячая штучка».
— Дрейк Колтер
Теперь моя очередь положить на нее руки.
Вот только под халатом у Райан толстовка, которая, как мы все знаем, не годится, если она хочет получить полноценный массаж, не так ли?
Нет.
Ей придется снять ее, но не уверен, что девушка достаточно храбрая для этого.
«Достаточно храбрая, Даллас? Пожалуйста. У Райан Уинтерс яйца больше, чем у некоторых моих товарищей по команде».
Она снимает толстовку, когда захочет.
Сначала Райан снимает только халат, аккуратно складывает его и кладет на колени, как защитное одеяло.
Это усложняет доступ к определенным местам на ее теле, но не исключает этого, и на какое-то время она наклоняет голову то так, то эдак; я могу сказать, что ей неудобно.
— Все в порядке?
Она пожимает плечами.
— Материал натрет мне кожу.
Я знаю, что так и будет, но не хотел на это указывать. Она, вероятно, подумала бы, что я подонок, а после нашего последнего серьезного разговора я этого не хочу.
