Должен сказать, ты меня удивила. Не знал, что тебя интересуют подобные мероприятия.
Отпустив мои волосы, он развернул меня лицом к нему, и его руки с силой вжались в мои плечи.
— Что ты здесь делаешь? — потребовал он, и я, подняв к нему свое лицо, почувствовала нараставшую во мне злость. Мне надоело терпеть его агрессию, и если он собирался убить меня — а я почему-то не сомневалась, что все шло именно к этому — тогда ему, как минимум, придется рассказать мне правду.
— Я здесь, потому что хочу знать, кто убил Шейлу, — выдохнула я сквозь зубы.
— Зачем ты это сделал, Джеймс? Что она могла тебе сделать, чтобы заслужить такую жестокую смерть?
Не знаю, что я ожидала услышать в ответ, но, определенно, не то, что услышала.
— О чем ты говоришь? — бросил он, и его брови сконфуженно сошлись на переносице. — Шейла мертва? — Его руки ослабили хватку на моих плечах, и его лицо побледнело. — Они сказали мне, что ее заставил уйти бой-френд.
— Ее убили, — мой голос был глухим и пропитанным желчью, потому что я была далеко не уверена, что эта информация являлась для него новостью.
Слишком уж удобно все для него складывалось.
— И ты думаешь, это я сделал? — выкрикнул он со злостью, грубо меня встряхнув. — За какого конченого психа ты меня держишь, Кэтлин?
— За такого, который ударил меня кулаком по лицу! — в ответ парировала я, отказываясь быть им запуганной.
Он резко отпустил меня, словно обжегся, и отступил на несколько шагов назад.
— Я не хотел этого, — его голос был севшим.
— Я был… расстроен.
— Что еще ты делаешь, когда бываешь расстроенным? — выпалила я в отчаянном почти безрассудном намерении не уступать своего преимущества. — Вскрываешь чье-то горло, Джеймс? Потому что именно в таком состоянии я нашла Шейлу!
— Я не убивал ее! — бросил он со злостью, нервно проведя пальцами сквозь волосы. — Я возглавляю отдел юридической фирмы, Кэтлин. С какой стати я стану перечеркивать свою карьеру?
— Возможно, именно из-за этого ты ее и убил, — ответила я, отказываясь отступать.
"
"Джеймс неожиданно снова оказался у самого моего лица, схватив меня за плечи и заставив меня поморщиться от боли.
— Ты не можешь так думать! — настойчиво рявкнул он, с силой меня встряхнув. — Ты все испортишь. Ты должна мне поверить!
— Мне больно! — умудрилась выдавить я, пытаясь его оттолкнуть.
— Что здесь происходит?
Мы оба резко обернулись, и я осела от облегчения, когда увидела, что в кабинет вошел мужчина в черной маске.
