Но потом мои руки опять были убраны, прочь, и рот Блейна переместился от моих губ к моей груди. На какой-то затуманенный отрезок времени я потеряла цепочку своих мыслей и могла только фокусироваться на сводившей меня с ума пытки, которой подвергал мое тело Блейн. Его рука двинулась к моим ногам, и два его пальца погрузились в меня, заставив меня вскрикнуть. Его рука тут же замерла.
— Тебе больно? — спросил он, и я лихорадочно замотала головой.
— Пожалуйста, не останавливайся, — умудрилась выдохнуть я в его ухо, и он удовлетворил мою просьбу, заставив меня изгибаться и стонать под его телом.
На какой-то момент, отстранившись от меня, он быстро избавился от остатков одежды, и я услышала хруст фольги. Уже через несколько секунд Блейн снова притянул меня к себе.
— Скажи мне, если я чем-то причиню тебе боль, — произнес он, и я кивнула, не в состоянии говорить. Сначала я, действительно, ощутила дискомфорт, потому что прошло немало времени с тех пор, как я была в подобной ситуации. Но потом Блейн одним толчком заставил меня выгнуться под ним, и очень скоро я уже ни о чем не могла думать, кроме головокружительности ощущения.
Сначала Блейн двигался безумно медленно, и я могла видеть, как плотно сжималась его челюсть, пока он пытался сохранять над собой контроль."
"— Боже, Кэт, — выдохнул он поверх моего уха. — Ты как перчатка.
«Ладно, это определенно внушало уверенность», — смятенно подумала я и, обхватив его ногами, услышала, как он хрипло выдохнул.
— Займись со мной любовью, — прошептала я у его губ, и его рот тут же накрыл мой.
Наши языки сталкивались, в то время как его тело начало двигаться ритмичными толчками, набиравшими темп. Я чувствовала, как в моей крови все сильнее нарастало пламя, и я, ухватившись за Блейна, впилась пальцами в его плечи. А потом все закружилось в калейдоскопе ощущений — с моих губ сорвался крик, и через несколько секунд Блейн сотрясся в моих руках, и его рот снова нашел мой.
После этого я не могла пошевелиться, потому что чувствовала себя совершенно отяжелевшей и удовлетворенной.
Блейн лег поверх меня, но уже через пару секунд скатился на бок, отвернувшись. Я была тронута, что он не только позаботился о моей безопасности, но еще и постарался сделать это как можно более незаметно. Снова повернувшись, он притянул меня к себе, поцеловав мои глаза, скулы и, наконец, мои губы. Наша кожа была влажной, но, если учесть, что Блейн совершенно не обращал на это внимание, я не обращала тем более.
