— Это что, вызов, сестренка?
— Нет, блядь, — говорю я, более чем счастливый вмешаться в это конкретное соперничество брата и сестры. — Никто никого не трахнет на моем танцполе. Я не хочу, чтобы кому-то из моих уборщиков пришлось отскребать твою сперму с гребаного пола."
"— О, пожалуйста, — говорит Бекс, и ее губы складываются в порочную ухмылку, когда они втроем наконец выходят из кабинки. — Я никогда не буду настолько безрассудной, чтобы позволить ей пролиться по всему полу. Я планирую проглотить все до последней капли.
Аспен притворяется, что ее сейчас стошнит, в то время как Бекс заливается смехом, и, прежде чем я успеваю опомниться, они втроем уходят, прихватив с собой кучу шумных придурков из колледжа, и не остается незамеченным, что все их внимание приковано к Аспен.
Опускаясь в кабинку, я становлюсь загипнотизированным тем, как она двигается, и когда она смотрит на меня в ответ, электричество, пульсирующее между нами, становится сильнее, чем когда-либо. Она устраивает шоу, именно такое, как, по ее словам, она хотела, двигая своим телом и притягивая меня каждым своим движением.
Но я не единственный, кто ее замечает.
Один из старых друзей Остина по колледжу, Картер Старби, подходит к ней сзади, пока она трясет попкой, и когда его рука обхватывает ее за талию и притягивает к себе, я вижу красное. Гнев пульсирует в моих венах. Как он смеет прикасаться к тому, что принадлежит мне. Мне никогда не нравился этот мудак.
Аспен смеется над этим, пытаясь оттолкнуть его, но он не понимает намека и трется о ее задницу.
Она снова отталкивает его, но он прижимает ее крепче к себе, его руки тянутся к ее полным сиськам, и она начинает оглядываться по сторонам, отчаянно нуждаясь в помощи. Она ищет Остина, в ее глазах вспыхивает паника, но он, черт возьми, слишком занят своим языком в горле Бекс. К тому времени, как ее взгляд останавливается на мне, я уже нахожусь на полпути через танцпол.
В ее глазах светится облегчение, и, прежде чем этот ублюдок успевает поднять руки выше, Аспен оказывается позади меня, а мой кулак летит прямо в его гребаную челюсть.
Картер отшатывается, слишком потрясенный, чтобы понять, что его ударило, и когда он, наконец, приходит в себя и пытается дать отпор, вмешивается моя команда безопасности, вытаскивая его задницу отсюда. Остин даже не замечает этого.
— Твою мать, — выдыхает Аспен, цепляясь за мою руку. — Ты в порядке?
— Я в порядке? — я усмехаюсь.
