— Не оскорбляй его этим хотя бы сейчас! Братья, что нам за дело до того, что мы не сможем его одолеть? По крайней мере, умрём с честью рядом с учителем!
Однако Нин Инъин остановила его движением руки. Едва способный связно мыслить от охватившей его разум ярости, Мин Фань решил, что она сделала это из былой привязанности к Ло Бинхэ.
— Шимэй, это переходит всякие границы! — выплюнул он. — Как можно быть такой сердобольной дурочкой?
— Замолчи! — оборвала его Нин Инъин.
— Что сказал бы учитель, видя, как тебе не терпится свести счёты с жизнью? Он дал сеятелю заразить себя, чтобы защитить нас, и так-то ты чтишь его жертву?
Все эти годы Нин Инъин отличала неизменная аура женственности и очарования, и потому внезапно проявленная ею твёрдость характера ошарашила Мин Фаня, заставив позабыть про героическое самопожертвование.
Он так и стоял словно громом поражённый, пока по лицу не покатились слезы.
— Но… как можно стерпеть подобную несправедливость? — беспомощно всхлипнул он.
— Учитель не сделал ничего дурного, а его обвинили в том, что он имел дела с демонами, убивал людей, заклеймили злодеем, заточили в Водной тюрьме… Ему ведь не дали ни единого шанса оправдаться! — Его голос заглушили новые всхлипы, и он не сразу смог выговорить: — А всё потому, что он слишком любил этого мелкого проходимца… Даже поставил на него тысячу духовных камней на собрании Союза бессмертных, так он в него верил! Он так искренне радовался, когда другие хвалили этого лживого прохвоста… А потом он отказался возвращать Чжэнъян на пик Ваньцзянь, вместо этого устроив могилу меча за горой… Казалось, его сердце разбито, и он никогда не оправится от этой потери… и теперь, после всего этого, встретить подобный конец?
Ло Бинхэ внимал его словам, не в силах понять, наяву это происходит или во сне.
Так вот оно как было на самом деле?
Неужто сердце учителя… и вправду было разбито?
Нин Инъин сделала шаг назад.
Несмотря на то, что глаза девушки были не менее красны, чем у Мин Фаня, её голос звучал ровно.
— А-Ло, хоть мы и не присутствовали на судилище, затеянном в городе Цзиньлань, мы все о нём наслышаны. Не знаю, почему ты не пожелал возвратиться на пик Цинцзин, хотя и выжил, и тем паче не могу понять, почему не заступился за учителя.