И чем труднее ему досталась победа, тем больше шансов попасть во второй тур.
Меня передернуло. Я как-то не думала, что желание получить меня в жены, может стоить кому-то жизни.
– И… – осторожно спросила я, – какие обеты дают обычно?
– Разные. Если у рейна невесты есть враги, кандидат может бросить им вызов, или своему более сильному сопернику. Очень часто обещают добыть шкуру морского змея или ""искру"" ифрита, но мало кто возвращается с победой.
– Как понять, шкуру морского змея? – прошептала я в растерянности. – Ниданга? Да?
– Да, – юмати бросила на меня извиняющий взгляд, – даханны враждуют с Древними испокон веков.
– Что же это за вражда, если сделали себе подобного охотничьим трофеем? – я потерла виски, пытаясь справиться с нарастающим негодованием. – Неужели это правда… Кто-то пообещал убить мыслящее существо просто так, чтобы бросить его шкуру к ногам будущей невесты?
Юмати молчали, отводя глаза. Было похоже, что они жалели о том, что затронули эту тему. Но я собиралась выяснить все до конца.
– А что значит ""искра ифрита""?
– Не нужно вам это знать, – замялась Даная.
Я поймала предупреждающий взгляд, который Рейла тайком бросила в ее сторону. Нет, ну тут точно какая-то ужасная тайна!
– Говорите! Я хочу знать.
– Эрзун нас убьет, – пробормотала в сторону Рейла.
– Мы подчиняемся не ему, – напомнила Даная. – У нас один приоритет – физическое и душевное спокойствие даханни.
Я вспомнила, что юмати хорошие эмпаты, а это значит, что сейчас они ощущают весь букет эмоций, который бурлит во мне.
Что ж, добавим немного перцу!
Я представила себе лицо Эйдена, и мое сердце сжалось от щемящей тоски. Дыхание тут же перехватило, на глаза навернулись слезы – я и сама не ожидала, что так бурно отреагирую на невинное воспоминание. Из груди вырвалось судорожное рыдание, а юмати уже гладили меня по рукам и по лицу, посылая теплые успокаивающие волны.
– Так вы расскажете? – всхлипывала я, размазывая по лицу самые натуральные слезы. Внутри меня будто образовалась маленькая пропасть, из которой тянуло одиночеством и болью.
Такое ощущение, точно вспомнив Эйдена, я открыла новую грань своей тоски по нему. Это было то же ощущение, с которым я просыпалась каждое утро. Я не помнила свои сны, но помнила это чувство, которое преследовало меня последнее время. Теперь я поняла: мне снился Эйден!
– Виель… тебе не стоит этого знать, – Даная замялась.
– Это только причинит тебе боль, ведь в тебе тоже есть своя ""искра"". Ты же носишь в себе огненную сущность.
