Понятное дело, что все это спектакль, разыгранный Эйденом – и Обет, и пленение и даже позорное шествие в цепях… вот только чем он закончится? Мертвой головой в пыли у моих ног? И чья это будет голова?
Представив, сколько воинов и стражи будет присутствовать на предполагаемой казни, сколько любопытных зевак, во мне шевельнулся червячок сомнения. А получится ли у Эйдена выполнить задуманное? И от этих мыслей я буквально похолодела.
– Аментис, с тобой все хорошо? – сладко пропела Иэлениль, сидевшая, по обычаю, во главе стола.
Мое место, как наследницы, было по правую руку от нее, и каждый раз, когда обстоятельства сводили нас за одним столом, я чувствовала на себе ее цепкий, изучающий взгляд. – Что-то ты резко побледнела, деточка…
Я выдавила из себя легкомысленную улыбку:
– Все хорошо, чувствую себя отлично.
– Прекрасно, – она окинула меня удовлетворенным взглядом, – я взяла на себя смелость распорядиться насчет нового наряда для тебя. Завтра его доставят.
Наследница Асторгрейна должна выглядеть выше всяких похвал, когда появится перед лицом будущих подданных.
Я покорно кивнула, опуская взгляд."
"– И еще, – добавила она, – я считаю, что твои юмати ни на что не способны. Их необходимо заменить на более опытную и квалифицированную охрану.
Я моментально вскинулась, чувствуя, как внутри зарождается панический ужас. Иэлениль сверила меня изучающим взглядом и с абсолютным спокойствием накручивала на вилку листья салата.
– Ты что-то имеешь против? – приподняла она одну бровь.
– Да. Я не желаю разрывать контракт с ними…
– Они не смогли защитить тебя, когда мои гвардейцы напали, – старшая даханни с насмешливой улыбкой констатировала бесспорный факт.
– Потому что это нападение было сделано исподтишка! Гвардейцев было намного больше и вы сами знаете, что у пяти юмати не было ни малейшего шанса, против такого количества эрранов!
– Неважно. Твои охранницы не смогли предугадать столкновение. Они же эмпаты, а засаду не почувствовали.
Не уловили ни одной чужой эманации, когда вели тебя коридорами Саммельхора. А знаешь почему? – она отправила в рот очередной кусок бифштекса, нарочито медленно прожевала, сделала глоток вина, поставила бокал на место и, наклонившись в мою сторону, с нескрываемым превосходством произнесла:
– Потому что глупые маленькие юмати слишком доверяют друг другу, слишком верят в женскую солидарность и круговую поруку.
