Близость с ним вызывает эйфорию и привыкание, разлука – сильнейшую ломку. Наши шейнаб сходят с ума от желания, больше ни о чем не способны думать, но мужчина может, хоть и на краткий миг, удовлетворить свою женщину. А вот вас я не представляю в этой роли.
Я покраснела, сообразив, о чем он говорит. Если у даханна была шейнаб, он должен был удовлетворять ее потребность в нем, потребность, которая становилась манией. И если бы я не убралась с континента, то в скором времени была бы атакована толпой сумасшедших мужчин, желающих моего тела.
И вряд ли бы мне захотелось их всех удовлетворять!
Вздохнув, я попыталась взять себя в руки и рассуждать логически. Итак, что мы имеем…
Я одинокая девушка без роду и племени, прожившая всю жизнь в крошечном поселке, осталась защиты, без денег и без связей. Плыву на этом корабле в страну, о которой ничего не знаю для того, чтобы стать чьей-то собственностью? Если все, что говорит дазган правда, то меня ждет весьма невеселое будущее.
– Что меня ждет, когда мы прибудем в Ризенпорт?
Он нервным жестом откинул с лица серебристо-пепельную волнистую прядь, упавшую ему на глаза, и отвел взгляд.
"
"– У вас нет своего клана. Значит, вашим опекуном станет наш император. И претендовать на брак с вами сможет любой эрзун, секай или тогун. Кто даст больший выкуп, тот и получит. Если бы вы смогли найти свой клан, то тогда остались бы среди родственников… но вы же ничего не знаете о своих родителях? Как вы вообще попали на материк?
– Отец, вернее, приемный отец нашел меня в море.
Это все, что я знаю. До сегодняшнего дня я считала себя санхейо, – я смущенно покраснела, – правда, несколько неудачной.
– Неудачной? – он с интересом уставился на мое лицо, потом опустил взгляд ниже, на скромный лиф платья, плотно обхватывавший мою грудь. – В каком смысле?
Я нервно засмеялась, пытаясь за смехом скрыть неловкость. Неужели не понимает? Как я могу рассказывать практически незнакомому мужчине такие интимные вещи?
– Ну же, вы заинтриговали меня.
Он словно подстегивал меня рассказать о своих сомнениях.
– Я считала себя дурнушкой, – вздохнула я. – По сравнению с другими девушками санхейо я не очень хороша собой…
Он понимающе улыбнулся и, протянув руку, нежно поднял мое лицо за подбородок. Пытливый взгляд скользнул по моему лицу, уделил особое внимание губам и, спустившись ниже, задержался на скромном лифе моего платья, туго обтягивавшем грудь.
